Все новости
ПРОЗА
6 Сентября 2019, 12:33

Верю – не верю…

Данил ГАЛИМУЛЛИН Часть первая Рассказ Вы ловили рыбу? Многие ответят положительно. А крупную рыбу? Думаю, и такие найдутся. А если спросить, участвовали ли в розыгрышах на эту тему? Немало будет и таких людей. Хочу рассказать вам два случая, а что у них общего – это решать вам.

сом
Мы шли с коллегой Гошей на работу после того, как пообедали в столовой. Это было на одном из больших энергетических объектов Туркмении, ранней осенью в конце семидесятых. Впереди нас, в пятидесяти шагах, шел наш руководитель Альберт Геннадьевич. Навстречу ему откуда-то вышел мужчина, который нес на спине большого сома. Сом был огромный, почти в рост человека: хвост сома чуть ли не касался земли. Не каждый день встретишь такое. Когда они поравнялись, Альберт Геннадьевич остановил рыбака и о чем-то его спросил. Потом, повернувшись, долго провожал уходящего рыбака восхищенным взглядом. Заметив нас, он кивком головы указал в сторону сома и пошел дальше.
Сам Альберт Геннадьевич был большим любителем рыбалки, а еще хорошим рассказчиком. Этим решил воспользоваться Гоша. Мы чуть задержались и зашли в контору после Альберта Геннадьевича. Он уже стоял посреди большого кабинета в окружении нескольких сотрудников и, отмеряя от пола до уровня головы, показывал размер сома. И, посмотрев на нас восторженным взглядом, сказал почти торжественно:
– Вот, наши идут, они тоже видели.
Он ждал нашего подтверждения. Но мы молчали. Альберт Геннадьевич, решив, что не расслышали, повторил:
– Вы же видели огромного сома?
– Какого сома? – ответил Гоша вопросом на вопрос. Взгляд у Гоши был спокойный и безучастный. И, чуть помолчав, добавил:
– Никакого сома я не видел.
Я же, молча пожав плечами, не знал, куда девать глаза и отвернулся. Надолго повисла тишина. И в это время я мельком глянул на Альберта Геннадьевича.
Он стаял потрясенный. Его округлившиеся глаза выражали изумление.
Бросив на ходу «Не верите!», Альберт Геннадьевич ушел в свой кабинет.
В этот момент я даже пожалел, что согласился участвовать в этом розыгрыше.
Об этом случае со временем почти забыли. Вспомнили мы его, точнее, напомнил о нем Альберт Геннадьевич через пару лет, на пуске очередной нашей подстанции и при странных обстоятельствах, но обо всем по порядку.
Как-то после этого следующей весной мы приехали работать на потрясающую трансформаторную подстанцию, недалеко от городка Байрам-Али. Почему же потрясающую? Просто подстанция рядом с двумя каналами. До большого канала было метров восемьсот, а до маленького (который называют арык) двадцать. А это знатная рыбалка. Большой канал в пять раз был шире арыка. Ходили рыбачить в основном на арык. Десятиметровая ширина арыка позволяла рыбачить только на простую удочку. Рыбачили в любое время, когда выпадала свободная минута от работы, или с утра, или в обед, или после работы до ночи. Наживкой было все, что под рукой. И тесто, и хлеб, и личинки разные и так называемые дождевые черви. Поклевка бала всегда хорошей, а улов неплохой.
На другом берегу Арыка, почти напротив подстанции, стоял дом. Наполовину дом состоял из глинобитного основного жилища, а наполовину – из прихожей – каркаса обшитого циновками и обмазанного глиной. А весь дом закрывала плоская крыша из жердей, покрытая такими же циновками и камышом и тоже обмазанная глиной. В доме жили белуджи.
Белуджи – эта иранская народность, пришедшая на территорию Бухарского эмирата в конце ХIХ и начале ХХ века из Афганистана, и расселившаяся по некоторым республикам Средней Азии. Они отличались от коренных народов и по языку, и по образу жизни, и по многим элементам культуры. Язык относится к иранской группе – ближе к парфянскому. Основные занятия – скотоводство у мужчин и ткачество у женщин.
Здесь я должен остановиться на одеянии белуджей. И особенно женщин – яркие, колоритные и красочные наряды, которые, если описать одним словом, – праздник. Так вот, женщины одеты в платья из сатина и шелка из ярких сочных цветов, передняя часть, то есть ворот, – расшита замысловатыми узорами. Голова у молодых женщин всегда покрыта длинным ситцевым покрывалом (чадыр) – снежно-белого цвета (как фата). Штаны (шальвары) у молодых – красного цвета, у старых – черного. Мужчины одеты в белые рубахи и белые штаны, на голове носили или папаху или небольшую чалму. Семья белуджей в этом доме была многочисленной. Из пожилых – старик, ходивший всегда во всем белом, и старуха, носившая серо-зеленое одеяние.
Наверно, кто-то задастся вопросом: какое отношение имеют к этому рассказу белуджи? К рассказу особенного отношения не имеют. Только яркая, колоритная одежда их женщин резко контрастирует с серым фоном пустыни, они жили там, рядом, и запомнились навсегда.
Продолжение следует...