Все новости
ХРОНОМЕТР
6 Июня 2019, 13:05

Башкирские тарханы. Часть четвертая

Салават ХАМИДУЛЛИН Продолжение. В 1557 г. Ногайская Орда признала над собой суверенитет Москвы, после чего на северо-западе Башкирии началось вооруженное сопротивление отрядам ногайских мурз. Башкиры отказывались быть вассалами тех, кто сам является вассалом царя. Поэтому в том же году часть башкирских кланов установила непосредственные отношения с русским царем, минуя ногайского правителя. И вот в Никоновской летописи под 1557 г. появляется запись: «…башкирцы пришли, добив челом, и ясак поплатили». Именно этот год считается датой принятия башкирами русского подданства, хотя до вхождения в состав Московского царства всей Башкирии было еще далеко. Лишь в начале XVII в. после окончательного ухода ногайцев в связи с нашествием из Монголии калмыков почти все башкирские волости признали русское подданство, за что многие башкирские князья и тарханы получили поместья в Казанском уезде. Хотя есть мнение, что они владели ими с ханских времен.

В шежере башкир племени Юрматы рассказывается: «И я, Татигач-бий, не имея никакой возможности придумать что-либо другое, взял [с собой] три человека от трех тюб народа, сначала Азна-баба, второго Илчикей Тимер-баба, третьего Кармыш-баба, и вчетвером, забрав с собой нескольких друзей-спутников, придя в город Казань, согласились быть подданными Белого-бия падишаха» Ситуация была уникальна тем, что теперь башкиры могли вернуть свои земли, захваченные около ста лет назад ногайцами. В копии грамоты 1609 г., переписанной в 1649 г., говорится: «…Титегач, Азнай-Ильчик, Темир и Кармыш, и пришедши себя объявили и рабством своим приложились, что нас триста домов и просили: оставшиеся от перешедших нагаевских башкирцев земли, по обе стороны Белой реки, верхнее урочище – от устья Негуш реки, а нижнее урочище – Кугульковой горе к Белой реке (…), за которой платить им в казну сто куниц и потому царь и великий князь Алексей Михайлович Титегач бы, Азная, Ильчик-Темира, Кармыша с триста домами за преклонение рабством своим всех их пожаловал нагайскими землями и чтоб платить ежегодно сто куниц, а Титегача пожаловал мурзою чином, Азная пожаловал старостой и пожаловал их кармазинным кафтаном». И вот в Писцовой книге Казанского уезда 1602–1603 гг. написано: «Князь Тятигеч Муралеев; оклад 15 рублев; поместья за ним деревня, что была пустошь Шатки; а в ней: двор помещиков князь Тятигечев (…). В той же деревне Евгаста Курманалеев да Муса мурза Янчурин…» Судя по имени, Евгаста (баш. ‘брат войны’) Курманалеев также был башкиром. Однако д. Шатки не была единственным поместьем Татигач-бея, так как в другом месте находим еще одну запись: «Деревня Чойдырева за служилыми татарами в поместье. А по выписи казанские дачи 99-го году дана та деревня служилому татарину Ишею Наурусову да башкирскому князю Темигеню (т. е. Татигачу. – авт.) Муралееву». Служилый татарин Ишей Наурусов на поверку также оказывается башкирским князем.
Особенно значительным было число тарханов из башкир Кыпчакской волости. Одними из самых известных фамилий кыпчакских тарханов были Монашевы и родственные им Акбулатовы, Сулеймановы, Токтаровы, Юсуповы и др. Монашевы происходят от тархана д. Кугарчин Ногайской дороги Казанского уезда Килея Монашева, который в 1617 г. писал, что в 1613 г. его брату Булату Монашеву была пожалована в тарханство вотчина на р. Кинель. Однако, как писал Килей, «государевы ратные люди ходили на службу в Арзамас и брата его Булата в том походе убили черкасы в бою». Кроме того, Килей Монашев и его братья Сулейман, Исмаил, Чурай владели поместьем в урочище Чаллы на Зюрейской дороге, «где исстари городище Чаллынское». В своей челобитной 1619 г. царю Михаилу Федоровичу о пожаловании им поместья Килей Монашев и Ишей Хозяшев именуются как «служилые татаровя». Это наименование не должно сбивать с толку относительно происхождения Килея Монашева. В 1649 г. его племянник «Уфинского уезду Кипчакской волости князь Акбулат Иселеманов», т. е. Сулейманов, сын Монашева брата Сулеймана, сообщал, что «вотчина у них на Ике реке большой и на Ике Малой платят они ясак по 30 куниц в Казань». Тот факт, что Акбулатовы, а значит и Монашевы, были вотчинниками Кары-Кыпчакской волости Ногайской дороги, расположенной в бассейне рр. Большой и Малый Ик на юге Башкирии, перечеркивает любые спекуляции относительно происхождения названного тарханского рода. Отец Килея Монашева – Монаш-бей – упомянут в шежере башкир племени Кыпчак.
Помимо вотчин на рр. Большой и Малый Ик, впадающих в р. Сакмару, приток Яика (Урала), у Монашевых были вотчины на р. Ик, впадающей в Каму. Кыпчакская волость в этом регионе располагалась в окружении башкир Еланской и Кыргызской волостей. В межевой грамоте 1574 г., выданной башкиру Исергапу Султанаеву, о ней сообщается: «…а межа Иланской волости по правую сторону по гриве Терезбаш левой стороны Тарханской [волости], а по правой же сторону Иланской волости по вершине реки Малый Кандыс…» Старшиной тарханской Кыпчакской волости был старшина Заит Абдуллин, о котором упоминается в документе 1757 г.: «Уфимского уезду Казанской дороги Кипчатской волости служилый тархан старшина Заит Абдулов с братьями своими тарханами Мухамметем, Танатаром, Самилом Абдуллиными, Усман Уразметев, Султангул Тименеев, Башир Шарипов будучи в городе Уфе от крепостных дел дали сию запись Казанской уезда Казанской дороги Осокиной сотни деревни Аксубаевой ясашным чувашам Рысаю Лякову с товарищы 20 человекам в том, что припустили мы тарханы их чуваш для владения в поселения дворами с нами вообще на старинную пожалованную прадедам, дедам и отцам нашим вотчинную землю…»
Упомянутый башкирский старшина Заит Абдуллин проживал в ауле Ишей-Тархан. Он умер в 1772 г. и его заместил на посту главы Кыпчакской волости Казанской дороги тархан Ишкары Арсланов, сын Арслана Сулейманова, сына Сулеймана Монашева, владевшего поместьем в д. Чаллы Зюрейской дороги Казанского уезда. Имя старшины Кыпчакской волости Заита Абдуллина, возможно, носят такие селения, как Верхне- и Нижне-Заитово нынешнего Шаранского и Туймазинского районов РБ. Имя самого Ишкары Арсланова, тархана и пугачевского полковника, отразилось в названии с. Ишкарово Илишевского района РБ. Следует отметить один примечательный факт: предание о Бошман-Кыпчак-батыре, прототипом которого, по мнению исследователей, был знаменитый эмир Бачман, было записано в д. Телявли Шаранского района РБ, расположенной в непосредственной близости от аула Ишей-Тархан. Еще один населенный пункт, связанный с линией тарханов Сулеймановых, это д. Калмия Казанской дороги Уфимского уезда. В ней жили служилые тарханы Дюсейка, Ахмаметка и Ишмаметка Юсуповы дети, отцом которых был Юсуп Сулейманов, брат Арслана Сулейманова.
Таким образом, выясняется следующее: группа башкир Кары-Кыпчакской волости задолго до «Казанского взятия» под давлением ногайцев выехала в Казанское ханство и основала на р. Ик Казанской дороги новую Кыпчакскую волость, на которую ими была получена тарханная грамота от самого хана. Имена этих лиц неизвестны, возможно, это был Монаш-бей. Так или иначе, его сыновья Булат и Килей Монашевы известны уже как служилые тарханы Казанского уезда, которые владели не только своими родовыми вотчинами на р. Ик Казанской дороги и рр. Большой и Малый Ик Ногайской дороги, но также жалованной царем вотчиной по р. Кинель. Кроме того, им принадлежали поместья в дд. Кугарчин, Чаллы и Мамли Казанского уезда. Родовая вотчина на рр. Большой и Малый Ик не была отарханена, поэтому после ухода ногайцев с нее выплачивался ясак в Казань.
В XVIII в. башкирские тарханы Кыпчакской волости на р. Ик Казанской дороги, а также башкиры Тамъянской волости основали ряд аулов в старинной вотчине тархана Килея Монашева по р. Кинель: Кульшарипово, Мукменево, Султангулово, Тарханы, Асекеево, Алькино и др. Специальное расследование, проведенное в 1880 г. властями, показало, что кыпчакские аулы Бугурусланского уезда приходятся родственниками башкирам аула Ишей-Тархан Белебеевского уезда.
Тарханы были весомой боевой силой, способной быстро организовать сопротивление в случае внешней угрозы. Они не раз защищали Башкирию от посягательств воинственных соседей. В 1648 г. пришло известие: калмыцкий правитель «Дайчин-тайша послал под Астрахань войною пять тысеч калмыков, да под Самару, и под Саратов, и под Царицын пять тысяч же человек. Да в Казанской и Уфинской уезды вниз по Белой и по Каме рекам пет тысяч же человек…». Узнав об этом, башкиры различных волостей собрали отряд, который возглавил князь Кары-Кыпчаксклй волости Акбулат Сулейманов. Калмыки под командованием Чакула-тайши были настигнуты близ Соловарного городка на речке Армет: «И на той де речке Армыте, перепустя тех калмыков с половину, ударили на них всеми людьми, и на той де речке учели с ними, башкирцы, те калмыки битися (…). А ушли де всех калмыков в свои улусы немногие люди».
Непосредственный участник сражения тархан Кыпчакской волости Тоимбет Янбаев, дальний родственник Акбулата Сулейманова, рассказывал о том сражении: «…в прошлых де годех, как и Уфа город зачелась, служили де прежним государям прадед ево Китик тархан и дед ево Немик тархан государеву службу в тарханех (…), и отца де ево Янбая убили калмыцкие воинские люди тому лет з двадцать с пять, а он де после отца своего остался мал, и в прошлом де 148 (1640) г., как приходили под Уфимской город на русские деревни и на башкирские волости калмыцкой Лаузан тайша с воинскими людьми, и в те де поры он с теми воинскими людми дрался, и на том де бою ево ранили тремя стрелами в голову, да в прошлом же де во 152 (1644) г. как посылан был воевода Лев Плещеев с товарищи на калмыцкие улусы, и он де в том походе на государеве службе был же и калмыцкими людми бился, и на том де бою взяли у него калмыцкие люди коня и с седлом и с доспехом, да в прошлом же 156 (1648) г., как приходил Чакула Калмак с воинскими людми в Уфимской уезд под Курпеч-Табынской соловарный городок и тех калмыцких людей побили и в полон поимали…»
В 1820 г. потомок князя Акбулата Сулейманова есаул IX башкирского кантона Кары-Кыпчакской волости Оренбургского уезда и губернии д. Кабановой Губайдулла Кучуков сын Акбулатов сообщал, что его предки были в Крымском, Азовском и Свесском походах и на этом основании возвести его с сыном в княжеское достоинство и причислить к дворянам.
Опыт проверки одного предания. На территории Зианчуринского и Кугарчинского районов РБ есть два села с одинаковым названием Кугарчи, хотя более правильной формой является Кугарчин, по крайней мере, так было записано в материалах переписей 20-х гг. XX в. Население этих сел в большинстве своем ассоциирует себя с татарами, хотя по материалам ревизий XIX в. их предки числились башкирами.
Этот казус не является чем-то экстраординарным, поскольку школьное образование способно сформировать любую идентичность. А в селах Кугарчин в советское время преподавание шло именно на татарском языке, и ныне в качестве родного языка учащиеся учат его же. Однако эта данность не объясняет противоречие, которое бросается в глаза любому исследователю. Если жители названных населенных пунктов являлись по происхождению татарами (чувашами-мусульманами? мишарями?), то почему они были учтены ревизской комиссией в качестве башкир-вотчинников? Подобные случаи встречались, но они имели единичный характер и о них исследователям довольно хорошо известно. Следовательно, разгадка кроется в чем-то другом.
Окончание следует…