Все новости
ТЕАТР
9 Января 2021, 19:47

Волшебная страна Опера

Каждый из вас, дорогие читатели, наверное, хоть однажды бывал в оперном театре и, попадая в сказочный мир музыкального спектакля, испытывал незабываемые впечатления. С самого рождения опера завоевала всенародную любовь, популярна она и в наши дни.

Первое, что в театре бросается в глаза – это широкая парадная лестница, пышное убранство зала, яркий свет огромных люстр, красивый таинственный занавес. Сейчас он откроет пространство сцены, где зашумит чья-то жизнь, и актеры повторят судьбу своих героев. Погрузившись в темноту зала, мы попадем в волшебный мир, именуемый Оперой.
Сегодня идет «Кармен» Бизе. Перед нами площадь испанского города Севильи, где все кипит, как во время карнавала. Пестрые наряды, красочные мундиры, веселые курточки детворы… Стройная и пластичная Кармен появилась в длинном кружевном платье с красной розой в темных волосах. Ее голос, бархатный и властный, сразу увлекает нас какой-то магической силой…
Итак, на сцене – XIX век. Давайте вспомним, а когда же родилась опера?
СОЮЗ МУЗЫКИ И ТЕАТРА
На рубеже XVI – XVII веков, в период позднего Ренессанса, она появилась как плод творческого содружества поэтов, музыкантов и актеров. И вот впервые светская музыкальная культура начала соперничать с многоголосной церковной традицией. Новое мелодическое письмо пришло на смену старинной хоровой полифонии. Первые, так называемые серьезные оперы, основывались на мифологических и историко-легендарных сюжетах, и были рассчитаны на вкусы аристократической публики.
Точкой отсчета является 6 октября 1600 года, когда в брачном союзе музыки и театра родилась опера. Тогда во Флоренции, во дворце герцогов Медичи исполнялась «Эвридика», созданная благородными синьорами поэтом Оттавио Ринуччини и композитором Якопо Пери. Сцена представляла собой подземелье, куда попал древнегреческий певец, чтобы вернуть на землю юную супругу Эвридику, погибшую от укуса змеи. Пением и игрой на лире Орфей творил чудеса: успокаивал волны, усмирял лютых зверей, очищал людей от вражды и злобы. Сам король приветствовал артистов аплодисментами, а это означало полный успех!
Присутствовавший на этом представлении Клаудио Монтеверди тоже задумался о создании музыкального театра. В начале 1607 г. в Мантуе во время карнавала был показан его «Орфей». Здесь уже была оркестровая увертюра, вводившая слушателей в мир чувств героев. В отличие от создания Якопо Пери, в этом спектакле акцент со стихов переносился на мелодию. «Орфей» Монтеверди и стала первой настоящей классической оперой, которая нынче отпраздновала свой 400-летний юбилей.
Монтеверди считал, что именно музыка выражает драму, а стихи лишь помогают этому. В основе последующих спектаклей он использует не речитатив – «вид пения, где можно было бы словно говорить», а драматическую мелодию, когда поют и голоса, и оркестр. И в наше время на оперных сценах мира возобновлялись музыкальные спектакли Монтеверди – «Орфей» и «Коронация Поппеи». Сколько прошло веков, а этот композитор, создавший особый «взволнованный стиль» вокального искусства, по-прежнему остается нашим современником.
Возникнув в Италии, опера приобрела огромную популярность, особенно в XVIII веке. «Италия той эпохи, – писал Ромен Роллан, – так и кипит музыкой, переливающейся через ее границу на всю Европу». Каждая итальянская провинция была тогда маленьким королевством. И ее властитель – герцог – старался заполучить своего придворного маэстро, от которого требовалось отражения в опере «легкой приятности жизни» – и только. Придворный вкус диктовал «драме на музыке» свои условия – быть «праздником для глаз и усладой для слуха».
Постепенно эти представления стали покидать дворцовые залы. Возникали общедоступные театры, куда можно было попасть любому любителю пения. Первый из народных театров был открыт в 1637 году (ровно 370 лет назад) в Венеции, и назывался он «Сан-Кассиано» – по имени церкви, возле которой было построено здание.
Новый музыкальный жанр становился все более популярным, но народ любил не оперы-сериа (серьезные), а шутливые интермедии, звучавшие в антрактах. В небольших сценках героями были слуги, гондольеры, солдаты, крестьяне – словом, простолюдины. Смеясь и дурачась, они обводили своих господ вокруг пальца. И постепенно из этих интермедий в 1733 г. в Неаполе родилась комическая опера – опера-буффа, основоположником которой явился Джованни Перголези. Его веселая «Служанка-госпожа», демократическая по кругу образов, близкая народным песням и танцам по музыкальному языку, заняла ведущее положение, потеснив оперу-сериа.
«ЭПОХА РАДОСТИ И ВОСТОРГОВ»
В начале XIX века на театральные подмостки, «как зашипевшего аи струя и брызги золотые», ворвались оперы Джоаккино Россини. Одноактные спектакли этого «Орфея музыкальной сцены» с успехом ставились в разных городах Италии. И, наконец, от «Ла Скала» он получил заказ на двухактную «веселую мелодраму» под названием «Пробный камень». Премьера ее состоялась в 1812 году, по свидетельству Стендаля, открывшая в Милане «эпоху радости и восторгов». Мелодии Россини распевали повсюду, а имя молодого маэстро, как говорили в то время, было «вознесено к звездам».
Вершиной же итальянской комической оперы стал его «Севильский цирюльник».
Родившись в Италии – этой природной консерватории голоса – музыкальный театр приобрел многочисленных почитателей. И как бы в благодарность Орфею и Эвридике, персонажам первой оперы, композиторы на протяжении четырех веков снова и снова оживляли их в своих сочинениях, возвращая на музыкальную сцену. Так, 245 лет назад в Вене был показан «Орфей» австрийского композитора Кристофа Глюка, чья чудесная музыка пережила века. Впоследствии в России завет этого «отца оперы» – «простота, правда и естественность» – был очень близок музыканту Евстигнею Фомину. Сын простого солдата-артиллериста, он завершил профессиональное образование в Болонской филармонии, получив звание академика музыки. Фомин был знаком с достижениями европейской культуры XVIII века, но не сделался «итальянцем», а стал истинно русским композитором. В 1792 году он создал своего «Орфея», увертюра которого по трагедийной силе и глубине приближается к творениям Бетховена.
Античный миф о чудодейственной силе искусства привлекал и других композиторов. Появлялись даже комедийные варианты этой темы. К примеру, Жак Оффенбах написал оперетту «Орфей в аду»; спародировав Глюка, он отправляет певца-кудесника в страну канкана. А уже в советское время ленинградец Александр Журбин написал оперу «Орфей и Эвридика», которая, несмотря на столь древний возраст сюжета, была тепло встречена молодежью.
НЕ ПОРА ЛИ В РОССИИ «КОМЕДИИ СТРОИТЬ»?
Но мы слишком поторопились, опередив время. Оставим «Орфея» с его чарующими песнями, и заглянем в исторические страницы XVII века. Великий князь и государь всея Руси Алексей Михайлович просматривал донесение своего подданного из краев флорентинских, где среди прочих отчетов написано: «В княжеском тереме… многие предивные молодцы и девицы выходят из-за занавеса в золоте, поют и танцуют, и многие диковинки делают…». Задумался великий государь. Неужто нельзя потехи сии на Руси завести в хоромах наших? Однако ж не срамная ли это забава? Когда-то он сам издавал указ изгонять игры бесовские. Но тут зрелище заморское, в Европе при дворах признанное… Чем же хуже Русь-матушка?
Твердо решил Алексей Михайлович послать гонца за границу сыскать людей, что умели «комедии строить». Но не пожелали заморские комедианты ехать в Московию. Им казалось, что там по улицам ходят медведи и морозы такие, что от дыхания пар в воздухе замерзает. Тогда царь приказал в Москве найти потешников из людей немецких – их в Кукуй-городке на реке Яузе проживало достаточно.
И вот уже 17 октября 1672 года на немецком языке был показан первый в России спектакль «Артаксерксово действие». Это «поючее действо» еще нельзя было назвать оперой, но в нем много пения. Сын Алексея Михайловича Петр I «повелел» отстроить на Красной площади хоромину комедийную, и за умеренную плату открыл двери на зрелище любому желающему.
Но скончался Петр I, и российское театральное дело стало хиреть. При царском дворе своих «робят»-артистов не жаловали, предпочитали заморских – итальянских, прежде всего.
Был 1735 год. Императрица Анна Иоанновна пригласила в Петербург придворного капельмейстера Франческо Арайю, в исполнении итальянской труппы представившего первую на Руси «настоящую» оперу – «Сила любви и ненависти».
Заметьте, лишь через столетие появится русская национальная опера Михаила Глинки. А пока балом правит итальянец, задержавшийся в России надолго.
Пробыв в столице три года, Арайя отправляется на родину, чтобы через некоторое время, уже при государыне Елизавете Петровне, вернуться на свою должность, которую будет занимать целых 17 лет! Для петербургской сцены итальянец сочинил несколько опер на героические и мифологические сюжеты; его «Цефал и Прокрис» на либретто А. Сумарокова – первая опера, исполненная русскими артистами. Было это чуть более 250 лет назад.
Северная столица помнит свою историю развития музыкального искусства и старается сохранить петербургские мостики от прошлого к настоящему. В Мариинском театре «Цефал и Прокрис» до сих пор является репертуарным спектаклем.
«ТЫ ВЗОЙДЕШЬ, МОЯ ЗАРЯ!»
…Отечественная война 1812 года вызвала небывалый подъем духа и сил русского народа, отразившихся в патриотических операх. И самой знаменитой из них была музыкальная драма «Иван Сусанин». Но пока еще не Глинки – ему было всего 11 лет. Оперу написал Катерино Кавос. Родом из Венеции, музыкант нашел в России вторую родину. Глинка услышал его музыку в 1815 году, не подозревая тогда, что напишет своего «Сусанина».
Будучи в Милане, молодой Мишель пока и не думает о костромском крестьянине, спасшем родину от врагов, а сочиняет музыку, легко воспроизводя стиль Доницетти, Беллини. Его вариации охотно печатают нотоиздатели, в нем видят надежду и славу итальянской музыки. Но удрученный Глинка замечает, что все здесь для него чужое. Тоска по отчизне навела композитора на мысль писать по-русски. Друзья-литераторы в один голос говорили ему, что нужна опера истинно народная, возвеличивающая удаль и стойкость русского человека-богатыря. Так, Василий Жуковский познакомил композитора с «Думами» Кондратия Рылеева.
Сцену Сусанина в лесу с поляками он «часто с чувством читал вслух» и так живо переносился в положение своего героя, «что волосы становились дыбом, и мороз продирал по коже». Первоначально опера называлась «Смерть за царя», но Николай I поморщился и изрек: «Отдавший жизнь за государя – не умирает!». И начертал собственноручно на первом листе партитуры – «Жизнь за царя». Так она и называлась вопреки воле композитора до самой революции. И лишь в советское время ей вернули прежнее название «Иван Сусанин», а либретто, написанное в угоду царю немецким бароном Розеном, заново переписал поэт Сергей Городецкий.
На премьере, состоявшейся 27 ноября 1836 года, перед зрителями предстали не привычные мужички комических опер, не нарядно одетые «пейзане» придворных балетов – впервые на сцене русский крестьянин стал трагическим героем. Замечательный бас Осип Афанасьевич Петров глубоко проникся величием и простотой Сусанина и создал народный и сильный характер.
Третий акт поражает своей трагедийностью. Сусанин завел врагов в непроходимую чащобу. Заснули измученные долгой дорогой шляхтичи. Не спит лишь «вожак» в ожидании своей «последней зари».
«Чуют правду!» – зазвучала предсмертная ария Сусанина – Петрова, и голос, покоряя мощью и глубиной чувства, напоминал звук серебряного колокола…
Светские недоброжелатели, называя музыку Глинки «кучерской», не могли повлиять на восторженный прием оперы, с которой начиналась новая заря русского национального искусства.
…Опера – жанр праздничный и доходчивый, способный трогать сердца любой публики – от самой неопытной и наивной до искушенной и музыкально образованной. Придите в театр, и вы в этом убедитесь. Всем, кто допущен к волшебному миру оперы, должны быть близки и дороги те люди, о которых спектакль рассказывает своим особым языком. Поющий человек на сцене, его мечты, радости и страдания – все это становится необычайно важным и интересным для тех, кто находится в зрительном зале. Приобщитесь и вы к этому чуду!