Как закалялась душа поэта. Часть вторая

Надо отдать должное и Шевчуку – он уважал Светлану как поэта, прислушивался к ее советам, но ни взглядом, ни жестом не дал понять, что осознает, что она переживает. Да и он был женат на молодой красавице Эльмире Бикбовой, к тому моменту уже родившей от него сына Петю.

А для Светки это чувство стало настоящим жизненным экзаменом. Она не была наивной девочкой, влюбившейся в молодежного кумира. Она была женщиной и хотела от мужчины всего того, чего хотят женщины.

И, несмотря на поэтическую натуру будто бы не от мира сего, она была не лишена женской хитрости. Она умудрилась втереться в семью Шевчука, подружиться с его женой, подругами жены и тещей Лилией Федоровной и даже засунуть меня в дом в качестве нянечки маленького Пети. Я тогда работала на гонораре и приработок мне был нужен. Все эти знакомства позволяли ей бывать в доме своего героя и наблюдать за его жизнью.

– Я никогда не была соперницей Эльмире, понимала, что меня он не выберет никогда, – трезво оценивала она свои шансы. – Но я не могла жить без него, поэтому Бог простит мне мое коварство.

Хотя, какое тут коварство? Для нее это было счастье – трогать вещи любимого, сидеть на его стуле, пить чай из его чашки. Светка часто забегала к нам, пока я нянчилась с Петей и не могла надышаться воздухом, которым только что дышал ее герой. А на что-то большое она и не претендовала.

Интересно, когда произошла роковая встреча, перевернувшая ее жизнь, Хвостенко успела побывать замужем за Вадимом Росляковым и воспитывала двухлетнего сына Антона. Но, похоже, неудачное замужество не оставило в ее душе ни следа, а вот Юрий Юлианович оказался тем героем, за которого она была готова жизнь отдать. Она обожала своего кумира, преклонялась перед его творчеством и любила так, как могут любить только сильные женщины. И в итоге сломала свою судьбу.

Уже не Бог испытывает этой страшной любовью, а сам Дьявол

Потому что потом случилось страшное. Жизнь иногда выкидывает такие сюжеты, которые не в силах придумать ни один сценарист. Шевчук уехал работать в Питер, а его молодая жена – она была младше супруга на 10 лет – осталась в Уфе доучиваться в институте искусств. Эльмира летала к мужу, и в один из таких приездов упала в обморок. Это было под Новый год. А в январе выяснилось, что у Эльмиры опухоль головного мозга. Шевчук, который уже был большим и известным артистом, обзвонил лучшие клиники мира, но врачи разводили руками. Ей сделали трепанацию черепа и предупредили близких, что шансов нет. Через три месяца, в марте 1992-го Эльмира умерла. Какой это стало трагедией для Юрия Юлиановича знают все поклонники – Эльмире посвящен сборник «Актриса-весна» и песня «Беда», которая вошла в концертный альбом «Чёрный пёс Петербург».

Кстати, за минувшие 30 с лишним лет Шевчук так и не женился. У него были связи с женщинами и даже рождались дети, но Юрий Юлианович оказался однолюбом.

Но случившееся стало страшной трагедией и для Хвостины и, похоже, именно тогда ее психика начала давать сбой. Светка решила, что она повинна в смерти Эльмиры, так как совершила страшный грех, возжелав чужого мужа.

– А вдруг я ведьма? – спрашивала она. – А вдруг я стихами, как заклинаниями, что-то повернула в мироздании, так, что случилось необратимое? Я не желала никому зла, но высшие силы могли понять меня именно так. Ведь поэт – это медиум, проводник между миром видимым и невидимым, где слова обретают плоть.

В тот момент ей стало казаться, что уже не Бог испытывает ее этой страшной любовью, а сам Дьявол.

– Рогатый хочет посмотреть, как я теперь смогу жить, – констатировала она.

Даже на похоронах Эльмиры Светка пряталась за кустами и деревьями, и так и не вышла к траурной процессии, потому что думала, что всем участникам церемонии известны ее «дурные» мысли. Она и потом как будто наказывала себя за смерть Эльмиры.

Чем бы закончилась эта история, если бы не трагическая смерть супруги Шевчука? Наверное, закалившись чувствами, Светка обрела бы мудрость и жила бы счастливо, радуя своей поэзией. Но – не случилось.

Надо сказать, что Шевчук в Питере поселился в так называемом Ковчеге – доме-колодце на Пушкинской, 10, сегодня ставшим легендой. Здесь же, кроме «ДДТ» квартировались группы «Аквариум», «Наутилус», «Колибри» и «Текиладжаззз». Здание было расселено под капремонт, но в трудные 90-е про дом забыли. И в пустующих квартирах, где были и свет, и вода, разместились рок-музыканты и художники, как-то договорившись с властями. Потом все-таки власти выселили этот вертеп, но это уже было в конце 90-х. Конечно, атмосфера там была творческая, но со всеми вытекающими из вольной жизни художников.

Шевчук занимал третий этаж, а Светка, приехав из Уфы, поселилась в квартире на втором.

Время было тяжелое, я возила ей чемоданы с макаронами, крупами, стиральным порошком и сигаретами. В Уфе все это было по талонам, но как-то мы с ее сестрой Наташей находили возможность собирать ей многокилограммовые посылки. Причем Хвостина весьма приземленно подходила к этим сборам, составляя список необходимого. А я потом волокла эти фибровые чемоданы из Уфы в Питер. Светка подходила к своей жизни в Санкт-Петербурге как к некоей миссии, данной сверху. Поэтому и не считалась с выпавшими трудностями, тем более такими, как материальные блага. Думаю, что деньги ей подкидывал и Юрий Юлианович.

Но каждый ли сможет ради призрачной любви бросить все и переехать в чужой город, чтобы жить в сомнительном сквоте?

Шевчук и здесь вел себя по-человечески, несмотря на все закидоны Хвостины. Когда она приехала в Питер, он даже оформил ее пресс-секретарем группы «ДДТ», обеспечив ей запись в трудовой книжке, а значит, и легальное пребывание в городе.

И, надо признаться, что Светка, живя на соседнем этаже, попила крови у Шевчука. Огромное чувство требовало выхода не только в любовной лирике, и Юрий Юлианович все это стоически терпел. Лишь однажды у него сдали нервы, когда Хвостина загуляла с лидером группы «Нате!» Святославом Задерием и его женой Айгуль. Ну как загуляла? Это был непрекращающийся несколько месяцев запой с битьем окон, скандалами и драками. Может, пойдя на все тяжкие, она специально провоцировала Шевчука, чтобы он заметил ее. Он и заметил.

Светка приехала в Питер с сыном Антоном. Именно ребенка, круглосуточно находящегося в притоне, пожалел Юрий Юлианович.

– Он зашел, заставил собираться и вытащил нас из квартиры, – вспоминала Светка. – А у меня осталось замоченное белье. Но он в чем было привез нас в аэропорт, купил билеты и отправил в Уфу.

Сама она просто объясняла свои загулы.

– Невозможно понять свет, если не опуститься на самое дно, – уверяла она.

Светка вернулась в Башкирию совершенно обескровленная. Она не могла жить без своей любви. Ходила на работу, но это была другая Светка, смурная и погруженная в себя, как будто из нее вынули душу.

И как только она собрала деньги, снова бросила все и улетела в Питер. И не вернулась. Она очень хотела быть рядом с тем, кто никогда не давал ей повода, но зато вдохновлял всю жизнь.

– Наша дружба с Юрой Шевчуком, к сожалению, разбита не только нашими личными непониманиями, но и многими странными обстоятельствами, сложившимися вокруг нас, – рассказывала она тогда. – И я думаю, что эти обстоятельства когда-то должны будут стать известными людям.

Она хотела, чтобы я обнародовала эту историю.

Но жизнь разносила их все дальше – Шевчук стал большой звездой и собирал стадионы, а Светка вела колонку в газете «Санкт-Петербургские ведомости» и перебивалась небольшими деньгами. Работать ей стало тяжело – зрение было минус 18 и сидеть за компьютером стало не просто. Она много болела, да и к тому моменту эта всепожирающая любовь сильно изменила ее личность.

Это чувство, действительно, перестало быть Божьим даром, а стало дьявольским проклятием, которое пожирало ее изнутри. И в итоге сожрало целиком. Зимой 2013-го она умерла в больнице одинокой и несчастной.

Но я уверена, что, если можно было бы спросить Хвостину, хотела бы она прожить другую жизнь, она сказала бы: «Нет». Сто процентов – она хотела бы пройти через этот очищающий огонь снова.

Любовная лирика – это всегда автопортрет художника, написанный состоянием его души. И пока существует любовь, будет существовать и поэзия.