Все новости
КОЛУМНИСТЫ
17 Января 2021, 13:04

Педагогический нонсенс

В «Комсомольской Правде» за 5 марта 2007 года была напечатана заметка о том, как учительница била пятиклассника головой о доску, а дети засняли это на видео с помощью мобильного телефона.

На съемке хорошо видно, как учительница заломила руку мальчику, вцепилась в волосы и стала бить его о стенную доску. Прокуратура возбудила против учительницы уголовное дело по 2-м статьям: «Побои» и «Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего».
Если здесь все изложено точно, то такая учительница не вызывает ни уважения, ни сочувствия, и суд, который ее ждет, будет вполне заслужен. Но зато мне очень жаль другого учителя, о котором та же «КП» писала 21 декабря 2005 года в статье «Школьник снял на видео учителя-драчуна». Владимир Душинский был выведен из себя хулиганскими выходками восьмиклассника и дал ему затрещину. Другой восьмиклассник тайком заснял это на видео и пустил в Интернет. Заслуженный и уважаемый учитель потерял работу, несмотря на унизительные публичные оправдания.
Признаюсь, если бы я был одноклассником тех двух подростков, я бы предложил классу объявить им бойкот за подлость. Как видно, дурной пример оказался заразителен. А вот как сами подростки издеваются над учителями, это они афишировать не торопятся.
Вспоминается также «КП» за 16 августа 2005 года: «Второклассники отдали учительницу под суд». Этих второклассников я одобряю, так как учительница, названная в статье Валентиной Ивановной, очень напоминает мою первую учительницу, тоже заслуживающую суда. Мы, еще неоперившиеся малыши, были полностью отданы на милость бешеного чудовища, считавшегося «одной из лучших учительниц». Пользуясь нашей беззащитностью, «заслуженный педагог» оглушительно орала на нас, обзывая последними словами, без разбору била по головам указкой, но хуже всего – буквально «ставила к позорному столбу», т. е. заставляла просить прощения у класса непонятно за что. А наши родители, тихо возмущаясь между собой, на собраниях говорили ей теплые слова, дарили цветы и убеждали нас, что у нас прекрасная учительница. Не приучены мы были тогда к протестам. И позже мне не раз приходилось сталкиваться с учительским деспотизмом.
Вот уж не думал, что стану когда-то учителем. Но потом я решил, что дело не в профессии, а в человеке. Ведь встречал же я, к счастью, немало добрых и интересных учителей. И я пришел работать в школу, решив, что буду для ребят прежде всего старшим другом, чтобы протянуть им руку и помочь сделать первые шаги по тернистой дороге жизни. Только вот, попав в современную школу, я с ужасом увидел, что теперь роли переменились. Оказывается, главная причина наших детских мытарств была не в личных качествах учителей, а в самом положении вещей, которое теперь перевернулось с ног на голову, и от этого стало еще уродливей.
Попробуйте только представить себе такой урок, когда учитель пытается донести до детей светоч русской поэзии и вдохновенно читает стихи, сам себя не слыша от галдежа. А по классу летают тряпки для стирания с доски. Ученики дерутся, с грохотом опрокидывая парты. Строгого окрика учителя как будто никто не слышит. Ученики словно соревнуются в наглости, утверждаясь друг перед другом. 15-летний амбал выплясывает перед учителем с двумя мобильниками, из которых звучит громкая музыка. На резкое замечание учителя он в нецензурной форме предлагает выйти на улицу и там разобраться, то есть, выражаясь «современным» языком, «вызывает на стрелку».
Нравится вам такой урок? И можно ли после этого строго судить учителя за нервные срывы?
С данным парнем мне удалось выяснить отношения, посетив его на дому и добившись от него небрежных извинений. Но при этом пришлось выслушать его рассказ, как в 6-м классе ученики избили на улице учителя, который, по их мнению, несправедливо обидел одного из них. Вскоре о подобном происшествии было рассказано в телепередаче «Человек и закон».
«Конвенция о правах ребенка» – это справедливый, благородный и совершенно необходимый документ. Но те, кто ее принимал, очевидно не предполагали, что в жизни она превратится в «Конвенцию о бесправии педагога». Добрые люди хотели как лучше, а вышло – как всегда.
Увы, со школой происходит то же, что и со всей Россией. Исправляя ошибки прошлого, мы выплеснули из таза грязную воду вместе с ребенком.
Вместо того чтобы искоренить перегибы советской системы, мы отказались от социализма вообще со всеми его лучшими завоеваниями. В результате «казарменный» социализм сменился почти бандитским капитализмом, где правит бал уже не государство, а мафия. Так вот и в школе учительский произвол сменился полным хаосом, превращающим школу в сумасшедший дом.
Получается, что ребенок имеет право на все (на неприкосновенность, уважение, человеческое достоинство, а также на халтуру, хамство, безобразное поведение), кроме хорошего воспитания и полноценного образования. Аттестат он все равно получит, хотя и в голове пусто. А то, что вырастет распущенным и безнравственным, – это его проблемы. Мы ведь пытались объяснить ему, что хорошо и что дурно, а не доходит, так ничего не поделаешь. Объяснять «более доходчиво» не имеем права.
Привольно и вольготно чувствуют себя в этой обстановке подростки с девиантным поведением, или, как они себя называют «крутые пацаны». Они порой являются в школу без учебников, так как приходят не учиться, а безобразничать. На уроках они не дают работать, откровенно издеваясь над учителем и тем утверждая себя перед одноклассниками. Они терроризируют других школьников, унижают их, вымогают деньги. Ребята, видя наше бессилие, редко обращаются к нам за помощью. Если и удастся поймать такого «крутого» с поличным, то слышишь от него ехидное: «А чего ты мне сделаешь, лох учительский?». А ребята смотрят на него как на образец для подражания, тогда как стоило бы этого «супермена» прижать покрепче – с него живо слетела бы спесь, и все бы убедились, что это «молодец против овец, а на молодца – и сам овца».
Я, конечно, не ратую за палочную дисциплину, практиковавшуюся в недавнем прошлом в Англии и в ряде Американских штатов. Боюсь, что дай нам в руки розги – мы опять кинемся из крайности в крайность, вымещая на детях всю горечь нашей жизни. Сперва надо научиться английской выдержке и хладнокровию, а для этого хорошо бы получать английскую зарплату.
Но нельзя же и совсем обезоруживать учителя, делая из него шута горохового! Неудивительно, что молодежь неохотно вливается в ряды педагогов. А те, кто приходят, зачастую, проработав год, бегут из школы без оглядки. Кому же охота выполнять каторжную работу за гроши, да еще подвергаться унижениям? Немногие энтузиасты держатся на бескорыстной любви к детям. А кадры стареют. С кем же мы останемся?
В той же самой старой доброй Англии, где англичане среднего возраста прекрасно помнят учительские розги, теперь в школах идет настоящая война учителей с учениками. Последние стали юридически очень грамотны. По малейшему поводу они подают на учителя в суд. Это влечет немедленное отстранение учителя от работы и длительное судебное разбирательство. Пользуясь этим, школьники подвергают учителей зверским издевательствам, вплоть до оплевывания и мочеиспускания на их одежду. Многие учителя ищут себе работу в других странах Европы. А мы благополучно движемся в том же направлении. Если так пойдет дальше, то вскоре в учителя придется принимать людей со спецподготовкой, как в элитные войска, и вооружать их резиновыми дубинками и электрошокерами.
Школьный хаос – одна из причин чудовищной дедовщины в армии. Ребята приходят туда несамостоятельными, несознательными, не приученными к дисциплине, уважающими только силу кулака. Своим поведением, нежеланием подчиняться они провоцируют неуставные отношения, которые полагают в порядке вещей.
Пора бы принимать специальные жесткие законы, позволяющие учителю как защищать свое человеческое достоинство, так и требовать соблюдения строгих норм поведения. Сверху такие законы просто так никто не спустит. Там наших проблем не видно – ни финансовых, ни социальных, ни моральных. Значит, надо самим требовать и добиваться. Ну нельзя же так, друзья мои: обдирают нас как липку – молчим, лишают жалких льгот – молчим, в душу плюют – тоже молчим! Мы уже докатились черт знает до чего, и дальше опускаться некуда! Ученики уже убивают друг друга прямо в школе (в прессе немало сообщений о таких фактах). Да и в учителей стреляют, правда, пока из игрушечных пистолетов. Чего же еще ждать? Когда в школе начнут палить из гранатометов'?
Я вовсе не горю желанием отомстить маленьким обидчикам. Мне за Державу обидно. «В школе рождается будущее» – сказал Муртаза Губайдуллович Рахимов. А какое же будущее растим мы?
В связи с обострением криминогенной обстановки в стране Президент Путин уже говорил о возможности ужесточения мер борьбы с преступностью вплоть до отмены моратория на смертную казнь. Возразить мне нечего. Жестокое время диктует жестокие законы. Но что толку расстреливать бандитов, если мы сами растим им молодую смену, и на место каждого из них будут приходить по несколько выпускников наших школ без знаний в голове, без моральных принципов, но твердо усвоивших законы братвы? Не гораздо ли важнее будет применять воспитательные меры к тем, кому они еще могут пойти на пользу, кого еще можно исправить и очеловечить, кто первый скажет потом за это «спасибо»?
За последнее десятилетие мы многое переняли у Запада – и далеко не все, что следовало бы. Может, стоит обратить внимание и на их педагогику? В «Молодежной газете» (№ 72 за 1998 г.) уже поднимался вопрос о том, что давно пора пересмотреть нашу систему образования и ввести для старшеклассников право выбора, чтобы они могли учиться в естественном, гуманитарном или техническом направлении, а не зубрить без толку все подряд, независимо от их склонностей и способностей. Убежден, что это значительно изменит отношения подростков к школе, а значит, улучшит и межличностные отношения внутри нее. Пока же школа для многих ребят хуже каторги, а учитель ассоциируется с тюремщиком.
Школу необходимо делать для ребят как можно привлекательнее, расширять сеть школьных кружков и секций. Возможно, стоит открывать в школах даже бары (разумеется, безалкогольные), чтобы ребята шли в школу не только учиться, но и заняться любимым делом, поразвлечься, пообщаться. Торговать такие бары должны в кредит или за безналичный расчет, иначе в школах еще более усилится рэкет. В дружеской непринужденной беседе за стаканом сока, за игрой в бильярд или в тренажерном зале учитель иной раз мог бы дать подросткам не менее, чем на уроке. Школа должна стать для ребят вторым домом, большой семьей, где тебя любят и понимают, но где есть строгие правила, нарушение которых не останется безнаказанным.
А пока даже для подготовки школьных мероприятий детей приходится снимать с уроков, так как потом их в школе не удержишь. Все реже мы совершаем с ними культпоходы в театры и музеи, а о турпоходах на природу и вовсе забыли – как бы чего не вышло. В нашей работе осторожность необходима, но нельзя быть и перестраховщиком.
Да, надо бы всерьез подумать и о детской организации. Как ни ругают (во многом заслуженно) старую пионерию сторонники индивидуализма, а все же с ее отменой мы больше проиграли, чем выиграли.
Впрочем, все это темы для отдельных, более подробных разговоров и дискуссий. Пора ставить ребром вечный русский вопрос «Что делать?» и решать его безотлагательно.

Дмитрий ДЕТИНИН