Рассказы непростого человека

Продолжаем обзор финалистов премии «Большая книга». Нынче — вторая рецензия, первую см. по тэгу #шортлистБК25.

1. Номинация нонфикшн. «Халатная жизнь» Зои Богуславской — сборник устных рассказов о себе и своих знакомых, ну и, конечно, об Андрее Вознесенском, чьей музой и спутницей она была много десятилетий (46 лет, если точно). Богуславской недавно исполнился 101 год. Она 1924 года рождения, ее мать, будучи беременной Зоей, ходила на похороны Ленина. Ну, а Зоя, судя по ее высказываниям, с ранней юности и по сей день живет и дышит идеалами perestroika, корневой либеральной идеологии советской культурной элиты.

2. Устные рассказы, собранные тут, записывались на протяжении четверти века (дата записей сообщается). И конечно, именно соединение их в одну книгу, перевод звучащего слова в письменное, не может не вызвать вопросов. Есть повторы. Есть какие-то неловкие выражения, которые на бумаге смотрятся хуже, чем в речи (сложно, конечно, фиксировать все без потерь; задача, схожая с задачей переводчика). Наконец, есть факты, которые, так сказать, стоило бы проверить… А то, может быть, рассказчик оговорился, а редактор постеснялся уточнить. А может быть и память подводит… Ну и еще из того, что может смутить: Зоя Богуславская написала множество книг, в том числе мемуарного характера. Она дала сотни интервью (в том числе в формате многосерийных фильмов). То есть, ничего принципиально нового мы из этой книги не узнаем. Хотя вся прелесть в деталях, они тут попадаются, что называется, сочные.

В общем, есть о чем поразмышлять.

3. Во-первых, о жизни советской и постсоветской культурной элиты. Богуславская, безусловно, принадлежала к ней с рождения, и не выпала из этого круга до сих пор. Поэтому «неймдроппинг», как говорят сейчас, раздражающий у мемуаристов попроще, у нее выглядит вполне естественно. Вот к вам запросто на чай заходил редактор «Вашингтон пост» (и еще много кто; то есть, примерно все вип-персоны последней трети прошлого века)? А вы работали в комитете по присуждению Ленинских премий до перестройки и в руководстве премии «Триумф» после? То-то. Узнаем из книги про размеры советских гонораров, зарплат и премий (весьма и весьма приличные). Метраж квартир в элитном жилье (например, в высотке на Котельнической: небольшой, кстати)… Про интриги-скандалы (например, как поссорились Щедрин и Плисецкая с Лилей Брик). И многое, многое другое занимательное.

4. Во-вторых, конечно, есть повод вспомнить об Андрее Вознесенском. Которого Богуславская, человек, в общем, железный, действительно любила и опекала, и прощала ему многое. Даже тон меняется, когда она говорит о нем. Говорит откровенно — и о проблемах с его изменами, и о физической близости, и о том, почему у них не было детей… И о том, кстати, как она им командовала. Вот эпизод. У него выступление в Москве, а он на Юге, пишет, наслаждается природой. Романтик, поэт…. Она ему: срочно приезжай. Он: но ведь цветет миндаль… Она: если не приедешь, меня больше не увидишь! Приехал, выступил, как всегда, с блеском. Хороший, очень хороший поэт был — и никакие подробности, даже, может быть, не самые привлекательные, его образа не портят. Ровно наоборот. Богуславская и тут верна себе. И ему.

5. Ну и, конечно, ее принципиальная откровенность скорее импонирует. Вот она пишет (говорит): «могу сказать, что у меня вообще в жизни было семь мужчин. Немного для той богемной среды, в которой я жила. Из них трое — законные мужья». А вот то, что, может, и сложнее сказать: «Судьба подарила мне счастливую, долгую, ослепительно интересную жизнь, и она всегда уводила меня от творчества. „Предлагаемые обстоятельства“ всегда были ярче того, что продуцировало мое сознание, когда мне хотелось сесть и что-то придуманное воплотить в слово». Интересны рассуждения о старости («халатная жизнь» ‑ это о ней, когда халат становится излюбленной одеждой).

РЕЗЮМЕ: Дожив до своих лет, Зоя Богуславская, совершенно точно, неуязвима для любой критики. Ее возраст внушает нам оптимизм — и в этом главное достоинство «Халатной жизни». Вот доживешь до 101 года, попадешь наконец-то в «Большую книгу», думают с надеждой писатели. Ну, а читатели прикидывают вполне здравый ум и бодрость духа автора мемуаров на себя и свою родню. Всем бы так, одним словом! Но у всех не получится точно.

Вот, кстати, секрет ее долголетия: «Я не сильного здоровья человек, но именно потому, что у меня уже в очень раннем возрасте была язва и я была ограничена в еде и вообще в способе гулять с друзьями и так далее, может быть, поэтому мне прибавилось лет».

#5гвоздейвкожаныйпереплет; #шортлистБК25