Все новости
КИНОМАН
11 Февраля 2021, 16:09

Любимое кино: «Семь» (1995 г.)

«Ад пуст. Все бесы тут» – писал Шекспир, и, пересматривая сегодня фильм «Семь», невольно можно провести параллель с нашумевшим «Джокером» Тодда Филлипса в плане беспросветности человеческой жизни, максимальной сосредоточенности на негативе, жестокости и корне зла. Структура «Семи» обязывает проживать жизнь без намека на луч солнца, а потому «долог путь от преисподней к свету» – после этого путешествия никто не останется прежним.

Намучившись со зрителями и критиками после провала третьего «Чужого», Дэвид Финчер, еще начинающий режиссер, снимает свою самую мрачную и жуткую ленту «Семь», на этот раз максимально дистанцируясь от ужасов внеземного характера и переходя на homo sapiens, считая, что это чуть ли не самый страшный монстр, и тут даже выдумывать не нужно сверх меры. Как видно из фильмографии Финчера, больше к фантастическим жанрам он не притронулся, ища истоки зла в роде человеческом.
В центре сюжета поставлены два персонажа (чуть позже их будет трое, включая антагониста) – два детектива из убойного отдела. Детектив Сомерсет, умудренный опытом и собирающийся на пенсию, и детектив Миллз – только переведенный в отдел, обладающий бойким, импульсивным характером и отпускающий шуточки. Именно в этот момент, в момент последнего и первого дела им предстоит столкнуться с самым изощренным преступлением в их жизни: в городе объявляется маньяк, который выбирает жертв с учетом смертных грехов.
Другое дело – Миллз: молодой, бойкий и со своим чувством справедливости, для его характера, в принципе, ничего не стоит застрелить человека, если он того заслуживает, а особенно, если это сделает его в глазах общества героем. В отношениях двух детективов сталкиваются опыт и некая наивность: Сомерсет знает, что счастливого финала у этой истории не будет, тогда как Миллз рассчитывает на поимку преступника и справедливость. Для Сомерсета работа детектива это даже не динамичные погони с пистолетом, а улики, бумаги и передача преступника суду, или, говоря его словами, «мы собираем алмазы на необитаемом острове, слабо надеясь, что нас спасут».
Здесь самое время обратить пристальное внимание на фигуру изощренного маньяка – Джона Доу. Я даже не проспойлерю имя для тех, кто по каким-то странным причинам фильм «Семь» до сих пор не посмотрел. Ведь именем Джона Доу называют неизвестных – тех, чью личность не удалось установить. Можно даже предположить, что Джон Доу – это символ человеческого безразличия, и тут снова вылезает на поверхность аналогия с «Джокером» – о том, как общество культивирует зло и создает монстров. Джон Доу уверен, что смертные грехи встречаются на каждом шагу, а в наш век, чтобы привлечь внимание человека, недостаточно просто хлопнуть его по плечу – надо ударить кувалдой. Чистокровной невинности не существует, а общество давно уже привыкло к смертям. «Людям не нужен герой, они хотят есть чизбургер и смотреть телевизор». Если Сомерсет тот, чьи глаза уже потухли от этого изобилия безразличия, то Джон Доу, подчиняясь изобретательной и фанатично-религиозной логике, пытается быть в этом мире праведником, под конец понимая, что сам грешит. И, скорее всего, его усилия тоже пойдут прахом: в этом мире это не изменит ровно счетом ничего.
«Семь» – это не только страшный фильм ужасов, или некий намек на интеллектуальный триллер, но почти притча о человеческой жестокости и безразличии. И надо помнить, что даже в этом темном и страшном мире есть рыцари, сражающиеся со злом, иногда даже не понимая, что воюют они с ветряными мельницами.
Егор ОКУНЕВ