Встреча с царевной-лягушкой

Казалось бы, что может быть примечательного в обычной лягушке? Ведь они прыгают повсюду, сотнями, у самых ног, стоит лишь подойти к болоту или даже небольшой луже. И это истинная правда, и в обыкновении своём я не обращаю внимания на этих скользких и холодных созданий. Но в тот день, когда я прогуливался вдоль реки, освещённый солнечными лучами, пробивающимися сквозь листву высокого тополёвого леса, произошло нечто удивительное. Среди рассеянного света, упавшего на старый пень, сидела она. Обычная лягушка. Но в ней было нечто особенное, что приковало мой взгляд. Почему она сидела там, столь безмятежно, и совершенно не боялась меня, не пыталась скрыться? Вместо этого она молчаливо и выразительно осматривала меня.

Я подошёл ближе. Это была остромордая лягушка, изящная и прекрасно окрашенная в ярком дневном свете. Вид, который я впервые рассматривал так пристально. Выразительная особь, не чета обычным травяным или озёрным лягушкам, или жабам пёстрой окраски, которые мне обычно встречаются. Я осторожно протянул ей ладонь. Лягушка слегка занервничала, перебирая тонкими лапками, немного отступила, но затем замерла, вновь устремив на меня свой немигающий взгляд.

Мне захотелось взять её на руки. Она не сопротивлялась, и казалось, будто ей даже нравилось сидеть на моей ладони, обозревая мир с высоты. Это длилось недолго. Раздалось какое-то нежное, гортанное бормотание, и я осторожно опустил её обратно на тот самый пень. Настоящая царевна на своём лесном троне. Она не отказалась и от фотосессии, молчаливо устроившись, позировала для снимков.

Эта история вспомнилась мне совсем недавно, и я решил написать о ней заметку. Возможно, она хотела быть увиденной, стремилась к вниманию, но, увы, я забыл о ней в тот же вечер. Это непорядок, и я решил исправиться. И сегодня её величество, остромордая лягушка, в точности как тогда, в залитом светом лесу, смотрит на вас со страниц нашей газеты.

Уходя, я оставил её там же, на пеньке. Несколько раз оглянулся. Даже издали она продолжала притягивать взгляд. Красавица-лягушка. Деревья, словно стражи, всё плотнее скрывали её за собой, пока наконец она не исчезла из виду совсем.