Все новости
ВЕРНИСАЖ
7 Июля 2020, 19:25

Лунные шаманы

Когда жизнь-круговерть в период пандемии мало-помалу возвращается к своим устоям, привычкам… и хотениям, то невольно призадумаешься: «А что дальше? Куда теперь плыть, бежать, лететь?». Лето, не без помощи оранжевого соратника, жарко дышит в затылок, словно горнило мартеновской печи. И не увернёшься, при всём старании. Однако и клокообразные набегают частенько задумчивые облака, что решают свою задачку: «Окатить или не окатить проливным дождиком?».

Нечаянно и с отчаянием всё ожило вокруг. Расчехлены и человеческие души: вконец парить, творить не возбраняется вне квартирных стен. И начинаешь понимать доподлинную мощь слова – каникулы, которые, как неудивительно, наступили – «Летние каникулы». И в конкретном случае – в выставочном зале «Ижад».
Стоит начать с того, что выставлена в «Ижаде» сразу монолитная плеяда художников, создателей с чем-то прекрасным, красно-ослепительным и… наперегонки, будто они бегут друг за другом. У кого более заманчив взгляд? У кого значительно чудодейственный приворот? Кто высоко острословен в красках? Ответ найти, раздобыть какое-либо зёрнышко истины, пожалуй, не имеет смысла: лишняя трата времени. Да и зачем? Лучше просто окунуться в это невинное «пятое измерение» и без оглядки, без промедления для поглощения красоты, что рдеет со всех сторон, стен, как сполохи огня в костре. Мегамогучего костра. Вероятно, трансцендентное появится ощущение, что выведет нас, зрителей, из оков реальности и дальше, дальше и глубже в сон, что является по своей осязательно-зримой структуре далеко и не сном беспробудным, а неким… запредельным и родным одновременно, поднимаясь к зиккурату, к вершине чистого одухотворения. К полотнам художников, впрочем!
Единственная цель художника – запечатлеть собственные переживания. Но с того момента, как произведение закончено, оно живет самостоятельной жизнью и высказывает совсем не то, что в него было заложено.
Алексей Пехов, Наталья Турчанинова. Киндрэт. Кровные братья
Глеб Голубев. В кофейно-сливочных тонах, как нарочно, греют нас зрителей картины, отдают естественной лёгкой поволокой. Серый (и чёрный) «пришелец-цвет» нисколько не отталкивает, а скорее даже имеет обратный фьюжн-эффект. Что-то вроде магнита, горящей лампочки в ночи. И кофеварка меж нагромождений мыслей, что теснятся и толкаются. И сказать хотят… и скажут в послесловии. И сливы предсказуемо поспели на тарелке. А «Весна. Елабуга» иссиня-бирюзовая и родом она из детства. Городок, как будто дореволюционный, «демисезонный» тоже криком своим и молчанием нам всякое говорит, рассказывает: то городские легенды, байки, предания…
Гульназ Гилязетдинова. Лунная дуга-коромысло, закрытые веки, «простенькие» улыбки и радуга. Изгиб природы – полуязыческой, судьбоносной. Шаманствующий художник, если допустимо выразиться такими чуть сладкоговорящими словами. Арт-объекты «Каменная река» и «Пришельцы» навевают… Слышится горловое пение, и, наверное, кубыз, а степенные вогулы, выйдя спозаранку из чума, поторапливаются куда-то, очевидно на охоту; лось нынче боек. Поблизости бурлит взбалмошная горная река – ей людской закон не писан. Чуть дальше к северу, ненцы в совиках из оленьего меха тоже в спешке: несутся на собачьих упряжках – к солнцу. Подальше от Нижнего мира. «Урчит и бубнит» красноречиво мир автора; дышит каким-то первостепенным языческим бытием. Уж работы из стали с горячей эмалью вызывают (в частности и кулоны) неподдельный восторг: насколько всё изящно и филигранно выполнено. Сколько же нужно терпения, чтобы работать над каждой мельчайшей деталью? Невероятно!
Наталья Бабина. Её пространство дней, посчитай, сегодняшних, пахнет ромашками, васильками, полевыми колокольчиками и деревенским парным молоком, которым только что «одарила» корова. И старые стены из красного кирпича прикусили язык от безвременья, от безверья в будущее, но с надеждой в возможную жизнь. «Всадники»: и как же детворе, стоящей на пшеничном-ржаном поле, не стать теми тремя богатырями… или просто свободными наездниками, что могут вспять обратить реки и горы свернуть для достижения своей правильной цели. А может, защитить кого, коль нужда сыщется. А деревня родная, пахнущая хлебушком, сеном и вроде уже не та – страдалица! Да, пусть воскричит утрецом ранним горделивый петух, что спать не даёт засоням. И где их сыскать таковых в родной сторонке. И тальянка-гармонь свою сыграет яблочную песню в банной дымке. Как часто и одновременно редко звучат картины деревней с её архаичной святостью.
Жанна Грибова и Гузель Мустафина. М-да! Панно как коврики-самолёты для души, которой не терпится полетать. Эдакое привиделось же, показалось. Ручное ткачество, лоскутное шитьё и многие работы с частичками коллажа. Весьма цепляет. И не может не задевать (цеплять) наши полукаменные городские сердца. В пано «Птицы запели» Гузель Мустафиной всецело ощущается объёмность… и эфирное щебетание птиц, что случайно «присели».
И вновь проснулся Верховный бог Тенгри – без него никак. Чинно он взялся за наведение порядка: солнце в одну сторону закинул, луну – в другую. «Ишь! Смотрите у меня! Чтоб более не встречались, не дрались!» – проговорил он грозно. И звёзды, кометы расставил по своим уголкам вселенной. А внизу чадил волнами седой Урал, почёсывая свою статную спину. И горы кряхтели по-стариковски томно. Супружница Тенгри – благодетельная Умай по радуге спускалась на землю. В руках её горел священным огнём золотой лук, что разил злобных духов. Похожее видение отображено на одном из панно Жанны Грибовой. Колоритная мифология символично переплетается, нанизывается нитевыми петельками… мыслями смотрящего. Нить – вот связующее звено в местную легенду, сказку.
Наряду с этими экспонатами в выставочном зале также имеются работы – костюмы разных народов, в том числе и эксклюзивы со своим «характерным голосом», что также сильно перетягивают на себя взгляд. Как, к примеру, праздничный халат «Знамение» Жанны Грибовой. Одежда откровенно подчёркивает радостное, жизнестойкое сердце потенциального хозяина, что знаменует о ближайшем пришествии вероятного торжества, счастья. Да, как знамение счастья!
Ильдар Гильманов и Ляйсан Гильманова. На их холстах больше слышится цветочная музыка, что переливается цветами, благоуханными запахами с шепотком мальв. Большинство работ – с мальвами. Травянистые растения, типовой их род семейства Мальвовые (Malvaceae). Культивируемые в Европе растения, которые в просторечии называют «мальвами», обычно относятся к другому роду семейства Мальвовые – Штокроза (Alcea). Препараты из мальвы применяются в народной медицине различных народов на протяжении многих столетий. Но это так – чисто для общей информации. Занятно, что автор взял это растение для целой своей картинной серии. И мечеть неужели в плену этих пышно ярких цветов?..
В завершение хотелось бы малость повториться, отталкиваясь от вышесказанного. Суть в том, что художники в некотором роде и шаманы… лунные шаманы, что изредка или круглосуточно – кто-то из них ночью или днём – волнительно колдуют над своими творениями-детьми. И духи древние, ворчливые вокруг них «стоят по стойке смирно». Как соглядатаи, как разумные подсказчики. Сами лунные шаманы непрестанно поют своё вечное заклинание, дабы не угаснуть их труду, трудолюбию и любви ко всему живому. А холст же не постигнет никогда болезнь «белого листа». Удачи и нетленной красоты – далеко смотрящим, лунным шаманам, людям с кисточкой!
Алексей ЧУГУНОВ, фото автора
Фотографии в фотогалерее