

Каждый год весной, обычно в конце мая, в городе начинается санитарная обрезка деревьев. Работники ЖКХ спиливают старые деревья, энергетики зачищают деревья, чьи ветки заходят в провода и могут в дождь и ветер вызвать короткое замыкание, что приведет к сбоям в энергосистеме.
Иногда посмотришь, от деревца остается один скелет. У меня, например, у дома зачистили растущую иву так, что осталась одна кора. И так каждый год. Но каждый год дерево оживает, причем начинает расти с хитростью. Моя ива, например, в этом году стала расти ветками вниз, чего раньше не бывало. Надоело ей, видимо, каждый год попадать под бензопилу.
Еще дальше пошла растущая неподалеку береза. Каждый год энергетики укорачивали ее на метр-полтора, чтобы ветки не достигали проводов. Полностью спилить дерево не позволяет закон. И тогда березка выбрала альтернативный путь — взяла и стала расти на восток. Одна из ее веток превратилась во второй ствол. Такой компромисс вполне устроил санитарную бригаду, и они к белоствольной больше не подъезжают.
Пушистая ель, которой обрезали ветки со стороны линии электропередач, больше ни одну хвойную лапку с этой стороны не выпустила. Хотя в лесу, случись такое, вернула бы себе былое великолепие. Спиленная по старости вишня (ствол уже заплесневел) буквально за три месяца выпустила огромный куст новых побегов. А тополя на городском пруду, коим оставили лишь два метра высоты, вновь расцветают пушистыми кронами. Вот это тяга к жизни!
Остается пожелать этим даже не хитрым, а умным деревьям долгих лет жизни и ежегодного пробуждения весной.