Эхо нежного фестиваля Айгир

Мария ЛАРКИНА (Марианна ДАВЛЕТОВА)

* * *

Научусь отпускать. И венок из цветов полевых

Поплывет по реке мимо гор да к другим берегам

И затянется рана, что ныла. И ветер затих.

Лето в августе с желтым отливом. А значит пора

Собирать урожаи из прожитых лет и времен,

Суетиться в саду, поднимая деревьев плоды,

И из тысячи лиц вспоминать только имя твое.

И молиться негромко, чтоб Бог уберег от беды.

Заварю себе чаю – венок все плывет и плывет.

Где останется он, я не знаю. Где место его?

Мне неведом пока этой мудрости круговорот,

Научусь отпускать. Это было. И это ушло...

Галарина ЕФРЕМОВА

Опахало Айгира

Иногда как маленькие дети мы грозимся: «Вот увидите, как вам будет плохо без нас». Не увидим. Мы сами не увидим. Увидят другие.

Будет ли им плохо? Будет ли хорошо — мы не увидим. Поэтому надо жить сейчас. Жить сейчас. Смотреть за полётом огромных рыжих стрекоз. Смотреть, как кокетничают бабочки, приземлившись прямо перед тобой и разводя, как веер крылья: вверх-вниз, вверх-вниз.

Опахалом машет тебе навстречу лето и Айгир. Самые яркие цветы! Они такие яркие от серебряной воды. Они такие яркие от начала августа — бесконечный цветоносный медоносный луг вокруг. И ты бредёшь в траве по пояс, траве, звенящей от цикад.

И смотришь в небо на вершины сосен. Как хорошо растёт сосна. Дубы здесь не растут. Зато растёт ольха. Зато нашла остатние ягоды сладкой чёрной черёмухи. Как давно я не ела черёмуху прямо с дерева. Как давно я просто не ела черёмуху!

Красненькие веточки, чёрненькие ягодки. Глаза всех красавиц башкирских с черёмухой сравнивали. Вот растёт на берегу Айгира красавица. Мы с ней встречаемся, улыбаемся друг другу.

Я совершенно не черёмуховая девушка. Я совершенно же льняная была. А теперь стала девушкой комикса, стала бабочкой, сделанной из латекса и картона. Я миф про родившегося дракона, залетевшего далеко, пользующегося другими красками.

А здесь своя природная сказка. Природные горы, реки полны рыбы и хаоса. Где-то там задвинули наши фишбургеры, и всё это модное ресторанное осталось. Мы пьем чай с душицей без всякого раф-айс- и что там ещё модное такое — бабл-ти. Просто чай с душицей и молоком, сидим на веранде и пьём.

Спустилась с гор уже три дня,

Но нет постов ВКонтакте от меня.

Так много впечатлений – общим гулом

Они роятся в голове

И в телефонных фото.

Спасибо люди и поэты,

Что было это

– это было что-то!

Был создан нежный фестиваль

И досыта теплом кормили

В столовой и в общении

В Айгире.

И белый дух волшебной кошечкой

Внимал стихам,

И Рекс нас в горы провожал.

Великодушная хозяйка своею

Искренней любовью

Наполнила и небеса и воды,

И памяти венки спокойно

Приняла природа.

И юный кедр с такою шелковой хвоей

Укоренился среди скал.

Айгир струился и сиял.

У водопада «Слезы Айгуль»

(Юлии Новосёловой)

То камни обнимаешь,

То деревья...

Приникнуть к миру и услышать

Все легенды.

Благословения и силы получить

От тех, кто раньше…

От тех, кто дальше…

Благословенье

На земную жизнь

И суть дополнить,

Находясь в пути

От прошлого

К полуденному солнцу.

А камни и вода

Вберут все думы

И беду умоют.

Деревья же подставят

Бок,

Ты ухом прислонясь,

Услышишь – движется

В них солнца ток.

Про белую кошечку – дух Айгира

Дух Айгира ходит

И беззвучно забирается к поэтам,

Белой кошечкой щекочет сны

Беззащитных

Босых ножек,

Душ босых.

Скинули парадные одежды,

Плюхнули в нагретый чан тела.

Речка ледяная нашей коже свежесть принесла.

Дух Айгира свежесть снам приносит,

Новый взгляд...

Дух Айгира бродит где захочет:

Разлежался на столе

Среди книг,

Гладьте белый бок

Вы мне,

Дзен

постигните вы вмиг.

Дух Айгира как туманы

Побывал у каждого в руках

И растаял

Без печали.

Жизнь права.

Её обитель в сердце.

Дух Айгира нам дорогу показал:

Путь поэта к собственному сердцу

Пролегает среди скал,

Среди водопадов,

Среди сосен и ольхи.

Я надеюсь дух Айгира

Ободрит мои стихи,

Просто тем, что улыбнусь

Белой кошечке

В моих ногах.

Дух Айгира

Сразу спит

Во многих номерах.

Юлия НОВОСЁЛОВА

(хайку-экспромт)

* * *

сны белой кошки

уходят утренним туманом

всё выше и выше

Геннадий ПОЛЕЖАНКИН

В пути на Айгир

Вцепились в наши горы тучи

и бродит дождь в березняке,

в прогулке «витязей» могучих

шаман виновен, в рюкзаке.

Автомобиль, корыто божье,

измерит крутизну дорог

и Ямантау – без подножья –

нам лечь пыталась поперёк.

Мы продышались бы озоном,

с вершин разглядывая мир, –

нас снова ждал за горизонтом

Приют Поэтов Гор – Айгир!

______

* Малый Ямантау – гора, которую видно из горного Приюта «Айгир», Белорецкий район РБ.

На Черничной горе

На Черничной горе благодать,

Из-под ёлок маслята сбегут

В наши руки за десять секунд.

Мухоморы не надо пинать –

Ведь кому-то они фестиваль

На горе этой дивной подарят.

А в ущелье – дозорный Айгир

По камням катит воду студёну,

Щебетание птах будит мир.

Умывание утром влюблённых

Наблюдает хозяйка сокровищ.

На сосне хорохорится сыч...

Солнце августа греет собаку

С милым именем собственным Рекс,

Привезённую не из Стерлитамака

По железной дороге. Известно.

Где найти на Черничной чернику?

В этот раз так никто не узнал

Из приезжих поэтов великих.

Снимет кто-нибудь здесь сериал?

Закругляется солнце за гору,

Ямантау покажется Малым.

Не краснеют в горах помидоры,

К Белорецку продолжатся шпалы.

Предуралье замкнёт с Зауральем

Эта «лестница» шпал, на востоке.

Мы с друзьями прощаемся, в темень

Удаляются по́езда окна.

Там Магнитка, Челяба, Курган,

Там сибирские реки в разливах.

На Черничной горе атаман

Точит саблю казачью красиво.

Инзерские Зубчатки

Опять Инзерские Зубчатки

Встречают золотую осень.

С камней сдул ветер отпечатки

Моих кроссовок полустёртых,

Давно которые бы бросил

В какой-нибудь чужой костёрчик,

Но запасных в походе нет...

Без ягод горный бересклет,

Не погадаю на ромашке:

Парней ты любишь деревенских?

В своём халатике домашнем

Печёшь оладушки на кухне,

А рядом кот мурчит ильменский:

«Когда в горах твой филин ухнет?

Принёс хотя б рыбёшек пару, –

Хитёр твой хахаль как татарин!»

«Драконьи зубы» искроша́тся

В тысячелетней наковальне.

Земных стихий мне не дождаться –

Угаснет свет в глазах... В свиданьи

Молчат Инзерские Зубчатки.

В мир параллельный ухожу:

Там камни, как конфеты, сладки

И воскресает майский жук...

Август. Фестиваль Айгир

Август. Фестиваль «Айгир».

Звонко ручеёк по камушкам,

Торопясь в Инзер, стучит.

Добрые поэты славушки

Обрести хотят, дитям в пример.

Славы выгодны лучи?

Приглашает всех Айдарушка!

Всем Айгира хватит, по колено!

Оторвись от компов, поколенье!

У костра согрейся с бардом,

А поэт не любит приключенья.

Наш поэт привык, как банный лист,

Ко столовке, без петарды

Он идёт до пика Коммунизм

С томиком Айдара, правды

Добиваясь от айгирских вод.

И Рустам – акыном – созовёт

Девушек на танец, контрабас

Уступив уфимской филармонии.

Горного приюта слушай сказ,

Дорогой товарищ гипертоник!

Юлия РЕПЕЦКАЯ

Венки памяти. Айгир

Инзер... Томный вечер. И горы молчат.

Лишь ветер касается стана.

Чу, свечи над водною гладью дрожат,

как звёзды над тёмным экраном.

Мы тихо венки отпускаем в поток –

не в воду, а в вечность, быть может.

И каждый венок – чей-то пройденный срок,

чьё имя забыть мы не можем.

Горит на венке одинокий огонь,

не споря с ночной темнотою.

Там кажется – чья-то открыта ладонь...

ведёт его вслед за водою.

Плывёт он туда, где кончается здесь,

где время без слов и названья.

Туда, где у памяти собственный вес,

а смерть – не конец, а свиданье.

Инзер пусть несёт этот тихий обет

сквозь камни, пороги и дали:

поэт не уходит, пока его след

живёт в тех, кто его вспоминали.

Плывут наши свечи – одна за другой,

река принимает их свято.

Она унесёт их за вечный покой,

но свет возвращает обратно.

Вернётся он утром на горные склоны,

на травы, рассветы для жизни –

ведь в мире поэзии нет похорон,

пока воспеваются вирши.

А свечи плывут. И над чёрной водой

дрожит золотая дорожка.

И кажется – кто-то вернулся домой,

пройдя эту вечность немножко.

Акростих А-Й-Г-И-Р

А – авторские мысли

Й – йодная сетка для сердца

Г – голос в утишинении*

И – история и память об ушедших поэтах

Р – росчерк пера в моменте

______

*Утишинение – это уединение в тишине.

Елена ХАТИПОВА

Ночь в Черничном домике на Айгире

Унеси мои печали, горная река,

Обрати их в брызги пены, в золото песка.

Разотри мои кручины

В жерновах камней.

Утопи в своих стремнинах

Тени чëрных дней.

Убели туманом томным,

Приласкай волной,

Пой айгирской ночью тëмной

Вместе с тишиной.

Край у неба фиолетов,

Скоро свет-заря.

Новый день вплывает в лето.

Вира якоря!

Будет хлеб и будут мысли,

Строчек череда.

Ветер в парус, волны жизни.

Свежая вода!

Айдар ХУСАИНОВ

Вершина Айгира

Покоряя вершины Айгира,

Глядя с высоты на земную юдоль,

Уподобляясь Богу,

О чём думаешь ты,

Человек,

Продолжая настаивать

На своих прегрешениях,

Ошибках и боли,

Которую ты несёшь с собой

И не хочешь оставить

Позади,

На вершинах

Айгира?

Земфира ШЕМЧУК

Айгирская подборка Земфиры Шемчук «У горной реки...» – это три стихотворения, сотканные из шума инзерской волны и звона ольховых «манист» близ Айгирки. Здесь каменный тигр вечно сторожит покой, венок памяти уносит за поворот печали, а журчание горной реки становится тихой колыбельной для души, уставшей от городской суеты.

Два стихотворения получили от автора еще и музыку, и иллюстрации, и стали клипами.

* * *

Каменный тигр над инзерской волной

В вечности замер, готовый к прыжку.

Выгнул он спину и возложил

Грозную морду на лапу свою.

Как зачарованный горной рекой

В воды Инзера хищник глядит.

Он не устал, не покинул свой пост.

Лишь улыбается всем со скалы.

Мощь и бесстрашье в позе его –

Нет в ней угрозы – он мирно лежит.

Ты приходи к той инзерской воде,

Спеть колыбельную духу скалы...

* * *

Памяти венок вдаль несёт Инзер –

Огонёк свечи в завитой лозе.

Тем, кто слов руно вечною рукой,

Ворошит слегка и вплетает в сон.

Шёпот над рекой, чьи-то имена.

И на сердце боль, как в реке вода:

То волной шумит, то журчит слегка,

Пеною речной схлынет на брега.

Нити грустных дней мы вплели в венок,

Их унёс Инзер да за поворот.

И плывёт свеча, смотрит в небеса

Ей мигает вслед новая заря...

* * *

Под айгирской ольхою волнистой,

Что «манистами» тихо звенит,

Я усну и омоет Айгирка

Мою душу от мысленной ржи*:

От тревог, суеты и неверий...

Новый день, новый друг мне споёт:

Как прекрасно земное бремя –

Эхо гор ему подпоёт.

Мне не ведомы все тропинки,

Что меня привели сюда.

Но во мне зажурчала Айгирка –

Серебром наполняя меня.

Я уеду в далёкий город:

Километры, иные пути.

Но журчанье моей Айгирки

Тихой песней мне будет в пути...

______

* ржи (род. п.) – ржа (им. п.) – ржавчина.

Подготовила Галарина ЕФРЕМОВА