Все новости
ПОЭЗИЯ
11 Сентября 2019, 18:42

От зари до зари

Сергей Фроловнин – наш давний автор, в этом году онотмечает свой шестидесятилетний юбилей. Строки этой подборки остро приправленысоциальной сатирой, бичующей бессмысленное времяпровождение человечков, которыхавтор ласково называет «колдырями», пополняя словарик иного благодарного читателя.Автор легко демонстрирует некоторые технические навыки, связанные с рифмовкойстрок, являя поэтическую игру ума.

Есть и трогательная сентиментальная лирика, о любви двух пожилых людей, встретившихся в больничном коридоре. Амур летает, где хочет.
Некоторые стихи, правда, словно подогнаны под три бравурных гитарных аккорда, что слегка обкрадывает живое и естественное многообразие стихотворения. Ведь в свободном стихотворении и мелодика (интонация) рождается от смыслового избытка, как из воздуха, из самой словесно-стиховой музыкальности, а не от побочного бренчания на бедном инструменте.
(Пространно говоря, инструмент не виноват – ни в том, что его насилует иной бурный или унылый бардист, ни в озвучивании текста под внешне однообразный, жёсткий, навязанный стихам ритм).
К чести поэта Сергея Фроловнина, надо сказать, что форма и содержание его стихотворений являют собой необходимое для семантического (не просто музыкального) искусства поэзии единство. Редакция от души поздравляет дорогого юбиляра.
Алексей КРИВОШЕЕВ
* * *
От зари до зари
Во дворе колдыри,
Вроде как контингент постоянный.
Поутру – с похмела,
Днем – в насущных делах,
Тех, что сделают вечер их пьяным.
На работу иду,
А они уже тут,
Будто были и не уходили.
Я с работы иду,
А они – на посту,
Не устали, не перетрудились.
Сдали лом на фанфуриков пару,
Вот и славно, день прожит недаром.
Колдыри – не бомжи,
Есть, где спать, есть, где жить,
Но идут только на ночь под крышу.
Их домашним, видать,
Это явно под стать,
Не хотят их ни видеть, ни слышать.
Что заставило их
Превратиться в таких?
Что за злые судьбы перегибы?
Только кажется мне,
Образ жизни вполне
Добровольный, осознанный выбор.
Жизни цель – настрелять на фанфурик.
Получилось? Тогда все в ажуре.
Я такую судьбу
Не хочу никому –
С колокольни своей всякий судит.
И не мне их жалеть.
Ведь на них посмотреть,
Так счастливые, вольные люди.
От зари до зари
Во дворе колдыри
Ежедневно бессменно дежурят.
И задача одна
От темна дотемна –
Раздобыть 30 рэ на фанфурик.
Удалось? Жизнь прекрасна, в натуре!..
* * *
У меня окно на север,
И выходит дверь на юг
(Чтобы в рифму, пишем «клевер»,
А где «клевер», там и «луг»)
Отчего так жизнь решила –
Путь прямой нам не с руки.
Мы заходим к цели с тыла –
Почему не напрямки?
Жизнь – зигзаги, повороты,
Не прямая магистраль.
Чтоб приблизиться на йоту,
Отступаем часто вдаль.
Чтоб на зов звезды Полярной
Смог ответить, нужно мне
Изменить маршрут полярно,
Позже развернувшись к ней.
Кто спешил, неугомонный,
Рвался к цели без оглядки –
шагнул в мир заоконный,
Больше не хотел петлять.
Результат, увы, плачевен,
Так что мне семь верст – не крюк.
Я смотрю всегда на север,
Ухожу всегда на юг…
Любовь
В больничной очереди это –
Люди видели –
Случилось возле кабинета
В день обыденный.
Их подкатили с двух сторон
В колясках близкие.
В одной – она, в другой был он,
Калеки истые.
Переглянулись лишь слегка
Смиренно, кротко так.
Случилось тут же замыкание
Короткое.
Нет, не услышали мы грома
Колокольного.
Но стало ясно, что вдвоём
Почти не больно им.
Вмиг изменилась жизнь, суля
Блаженство – надо ж так!
И покатились их коляски
Дальше рядышком.
Все светофоры зеленели
Вдруг, завидев их.
Мир изумлялся, в самом деле,
И завидовал.
Не замечали, что вокруг –
Моря ли, Альпы ли.
Брать перестали на испуг
Их даже скальпели.
Неслись сквозь жизнь их колесницы
Инвалидные.
Ах, как же счастливы они!
И как не стыдно им!
Таких неслыханных влюбленных
Свет не видывал.
И я, ничем не обделенный,
Им завидовал.
Но завершился их маршрут
Земной, и в сумерки
Они, не разнимая рук,
Тихонько умерли.
Не разлучила их земля –
Смерть не помеха им.
На небеса в своих колясках
Так и въехали.
Апостол Петр, разинув рот,
Стоял, как вкопанный,
И не открыл он им ворот,
Глазами хлопал он.
Здесь не случалось искони,
Чтоб не приветили
Гостей желанных, а они
И не заметили…
* * *
Разнотравье, разноцветье,
Буйство зелени! Ура!
Мне излишества все эти
Покрошить в лапшу пора.
Ерепенился репейник –
Глупый! Пал, сраженный мной.
Разлетелся муравейник,
Кажется, уже шестой.
Ребятишки-муравьишки!
Ох, и паника у вас!
Да, похоже, всем вам крышка –
Я сейчас добавлю газ.
Мошки, мушки, таракашки,
Комары, клещи, букашки,
Божьих множество созданий,
Чьих не знаю я названий.
Кто тут только ни ютился!
Но теперь вы все бомжи.
Кто тут только ни плодился!
А теперь вам негде жить!
Не оставлю возле бровки
Я травинки ни одной.
Потому как установка –
Все под корень, все под ноль!
А всему живому больно.
Ах, простите за эксцесс!
Но начальники довольны,
И не оштрафует СЭС.
Мир вокруг как будто вымер,
Словно кто пролил напалм.
Оборвал свой рев мой триммер,
Да и я уже устал.
Нет, сгубил я без охоты
Обитания среду.
Но работа есть работа.
Может, премию дадут…
Ода настенным часам
Переступил порог – не по себе…
Стою и не решаюсь сделать шаг.
Как будто дом покинула душа,
Которую ты возвратиться молишь,
Причину обнаружить нервно силясь.
Пока не понял – надо же, всего лишь
Настенные часы остановились!
И дома стало как-то неуютно.
Я не смотрел на них ежеминутно.
И не прислушивался. А теперь
Не по себе мне без часов, не по себе.
Чужая, неживая тишина.
Беспомощность, причина пораженья.
Враждебность мира без координат.
Безвременье. Отсутствие движенья.
Проблема эта, к счастью, на копейку –
Сходил, купил в киоске батарейку,
Вернулся, заменил – из небытья
Жизнь возвратилась на круги своя.
И на душе спокойно стало мне.
Должны часы быть в доме на стене.
И чтобы тикали.
Чтоб непременно тикали…
* * *
Может, не стоит писать?
Но зачем тогда я?
Придется придумать новую иллюзию
В оправдание своего бытия.
А я привык к старой.
Но, может быть, все-таки не стоит писать?
Отправлять повинность за грехи прошлых жизней,
Которых я даже не помню.
И попытка избежать наказания – не приведет ли она
К ужесточению санкций?
Может, не стоит писать?
Но я ведь бросал это гиблое дело.
Разве мне было лучше?
Это как играть в прятки с самим собой.
Я ни разу не выиграл.
Лучше уже не будет.
Почему должно быть лучше?!
Что за ересь!
Лучше – не предусмотрено изначально.
Может, не стоит писать?
А кто меня спрашивает?
Я сюда не просился, стало быть,
Выбора нет.
Известно, как родилась демократия:
Бог подвел Адама к Еве и говорит:
«Выбирай!»
Вот за это я не люблю демократию.
Может, не стоит писать?
А кто-то прочел – пИсать.
Что ж, попробуй, посмотрим,
На сколько тебя хватит.
Перенос ударения
Ставит все на свои места –
Не стоит задавать глупых вопросов.
* * *
Раскинет по земле
Зима в подарок люду
Свой белоснежный плед,
Что равнозначно чуду.
Но сколько ни стели
Нам белое под ноги –
Затопчем, запылим,
И очерним в итоге.
Мораль, увы, проста,
Лежит, как на витрине:
Снег белый только там,
Где нет людей в помине…
Весна
Девочка-весна. Штамп.
Не девочка она. И не женщина-вамп.
Баба она,
Расхлябанная,
Распущенная,
Порочная,
Бесстыжая, жирная, сочная.
Расплылась, разнеслась, растрепалась,
Распласталась, такая-сякая.
Ошалев, загуляв, отвязалась,
Щепку на щепку бросая.
Шумная,
Почти безумная,
Необузданная,
Никем не взнузданная,
Несносная
Победоносная.
Она плодородие прочит,
Сулит легкомысленный куш.
Короче!
На мой здоровый вульгарный вкус.
Подготовил Алексей Кривошеев