Все новости
ПОЭЗИЯ
23 Мая 2019, 13:49

Десять стихотворений месяца. Апрель 2019

В поэтическом конкурсе «10 стихотворений месяца» за апрель 2019 года победила Таня Иванчай (г. Санкт-Петербург). От всей души ее поздравляем! Победитель получает приз 500 рублей и подписку на газету «Истоки» (электронный вариант издания). Если вы пишете стихи, можете принять участие в конкурсе в мае (подробности смотрите в Интернете – в Живом Журнале «Клуб друзей газеты “Истоки”»: https://istoki-rb.livejournal.com/170330.html). Желаем успеха!

Таня ИВАНЧАЙ, г. Санкт-Петербург
Камчатка
Девять часов перелета.
На горизонте, у входа,
первым ты видишь утонувшего в море
по самое солнце дракона,
по самые облака.
У него на спине три сотни вулканов.
И пока
ты совершенствуешь/ждешь/совершаешь
авиалинию к Тихому океану,
на востоке, на самом краю земли,
там, где воздух вспорот крылом, как кинжалом,
ослепительно белой полярной совы,
каждый день в пять утра
самолет уходит на дно сентября
в горячие лапы дракона,
запах серы вторгается в партию водорода,
застревает в горле
под нервные срывы ветра,
из пепла
разноцветной мозаикой мох на склонах вулкана
активирует демона и:
– дышите глубже, мой Врубель.
Облака окружают сопку шамана, и край тюрбана
затевает между вулканами бурю.
Дмитрий БОБЫЛЕВ, г. Санкт-Петербург
* * *
Кричит старуха: "Больше молока
Не будет здесь!" – И съежилась цистерна,
Как в новости бегущая строка,
Но – не бежит. Ей не долил, наверно,
Таджик-тихоня – старая кричит,
Что ничего не будет уж, не будет.
И робкие весенние лучи
Обратно отражаются от блюдец
Застывших луж. Но знаю наперед,
Что будут и весна, и непогода,
И очередь, и в мисочку нальет
Консьержка молока для Бегемота.
И знает продавец, что самолёт
Однажды доберётся до Куляба.
И молча "полторашку" отдаёт
Сиюминутной беспокойной бабе.
Кира ЛЮБИМЕНКО, г. Уфа
* * *
Красить волосы в фиолетовый,
Ярко-сли́вовый
Цвет.
Надевать брюки светло-синие,
Клетчатые, вельветовые
И красный берет.
Покупать книжки, потому что
Приглянулась обложка.
Ради фото в белой ночнушке
Раскладывать погремушки
В снегу.
Разрисовывать для концерта
Старые футболки
Акрилом и блёстками,
Капать воском и цементом,
Писать хлёсткие
И колкие
Приглашения на рандеву.
Футурист рисует на черном холсте
Кровью из пальца
И флуорисцентной краской
Не для признания - для людей.
Папенька, вы желали,
Чтоб я сделалась пианисткой.
Начинайте ругаться,
Молиться,
Злиться,
Отдайте в монахини.
Я сейчас футуристка.
И когда вы спросите:
– Что ты творишь?
Я крикну:
– Анархию.
Тимур АБИЗГЕЛЬДИН, г. Уфа
Здравствуй, май!
Душный плотный полдень расколот
На двадцать восьмые с точкой ля
Белых карнизов в струях дождя.
В тёмном провале зазеркалья-балкона
Чёрною клавишей полутоновой
Я слушаю громы грозы камертона.
Стукнут вдруг створки ветром развёрнуты,
Ливню навстречу – пусть мочит волосы,
Свежестью серые смоет покровы
Пепла и зол, что с кармической точностью
На мою голову сыпаны горстями
Встречными вечными бедами-вдовами.
Гулкий тяжёлый период расколот,
С хрустом размолот – был жесток и долог:
Брызги бетона во мне долгим эхом
гремят.
Ветра и грома схватив унисоны,
Вновь в недрах рокот густым баритоном,
Яркий, голодный, в мае рождённый,
перевернёт меня.
Юрий САЙФУЛЛИН, п. Алкино, Башкортостан
Бабушка
Постарела тихо, незаметно,
На лицо легла морщинок тень.
Но по-прежнему хлопочет до рассвета
И проводит на ногах весь день.
Бабушка – она всю жизнь такая...
Что ей надо, старенькой еще?
Хлеб напечь бы и семью встречая,
Накормить наваристым борщом.
Пряжу бы напрясть и в хмурый вечер
Печку для сугрева натопить...
Варежки связать и плед на плечи,
Лишь бы не кончалась пряжи нить...
Засушить пахучих трав пучочки,
Чтоб зимой морозной не хворать.
Пусть не шибко травам верят дочки
(Дочки больше верят докторам)...
Перед сном рассказывает сказки,
Чтоб внучатам сказочно спалось...
Васеньки, Мариночки, Наташки,
Как бы вам без бабушки жилось?
Постарела тихо, между делом,
А делам конца нет круглый год.
Очень солнечно на свете белом,
Если рядом бабушка живет.
Екатерина ШАРЛАИМОВА, г. Кунгур
* * *
Мне бы окутать тебя Нежно.
Мне бы сказать тебе что-то Тихо.
Наша любовь не была безмятежной,
Наша любовь не была открытой
жадным глазам любопытных и грубых,
что непременно бы нас осудили.
Нам не нужны были взгляды и губы
Мы по другому с тобой говорили.
Тихим огнём не сжигающим – греющим,
души горели в незапертой комнате.
Быть одиноким – отвратное зрелище
И под завязку при этом наполненным.
Никита ПОПОВСКИЙ
* * *
Я в вакууме без рифм и без тебя
Опять создал Вселенские потопы
И нервы на гитаре теребя
Как старый иудей всё жду субботы
И белые листы календаря
Бездомным отправляю на съеденье,
А мне листы со злостью говорят,
Что за субботой будет воскресенье
И буду: снова в вакуум погружён
И жить без ощущения полёта,
Глазным потопом буду прокажен.
А я всё жду Пришествие Субботы.
Анатолий ИСАКОВ
До помириха
Не знаю быть или не быть... накуролесил
там Йорик лезет из глубин я череп взвесил
ну в смысле взял его рукой – родной на веки
на веки Гамлет молодой у Вия веки
у Гоголя опять же взгляд когда в камине
не надо рукописи жечь рассудит время
на кондачка на дурака и нет в помине
ах сколько панночек видал и трохи ныне...
причем тут лысая гора и бурса тоже
пущай с утра и до ура летая множат
где поцелуй там нет греха и радость все же
которы в Киеве живут на ведьм похожи...
стою плюю на семь ветров на чисто поле
девчонка бросила меня вот тоже горе
подсолнух аиста гнездо неразбериха
одел Сусанин кимоно до помириха
мириться или помирать вопрос не праздный
а шляхтичей да ну их в гать нет в геть согласны
Рустам МАВЛИХАНОВ, г. Салават
Сергею Шилкину эпиграмматонное подражание
Я сижу у окна. Где-то станция «Мир»
Эманации шлёт в субпространство.
Бедный Йорик – мой альтер-сеньор и мессир –
В жанпольсартровском непостоянстве.
Я сижу, и во мне, как миллениум герц,
Па́че Вольта, Ампера и Ома,
Бьётся чистое, Родом хранимое Herz
На пороге последнего кро́ма.
Надо б что-то испечь. Я – талантливый кок,
Фуа-гра подающий под си́той.
Знают блюда мои Брайтон-Бич и Бангкок,
Demidúlce навеяны vit`ой.
Дом мой полон вина, полон книг, словарей,
В них словес есть тьма тем муравлёных.
Средь пиитов я Дож, кайзер, конунг и Rey,
Что «морковь» я рифмую, что «клёны».
Все готовы? Внемлите, как «Шме, Исраэль»,
Рты швыдче́й оторвите от мидий:
Глас поэта – вельми́ крепкий дублинский эль,
Благолепей апси́ды в Зугдиди!
За Россию радею! Отчизны рубеж
Я храню, строго выхмурив брови.
Не пройдёт Сатана! Не утрачу я веж
На просторах седых Приднестровья!
Владимир ГЛАДКИХ
вечера
сегодня вечер не такой
каким он был вчера
всегда на пару мы с тобой
встречали вечера
ты разлюбила – я сказал
что тоже разлюбил
а дальше лестница вокзал
и твой звонок пробил
и вот теперь гляжу я вдаль
а солнце падает за лес
мне прошлого почти не жаль
остыл к нему мой интерес
я знаю ты сидишь одна
но чем тебе смогу помочь?
на небо выплыла луна
и это уже ночь
Стилистика авторов сохранена.
Подготовила Елена Луновская