Правдолюб. Часть вторая

Это было связано с тем, что в “Сабантуе” показаны придуманные ситуации и конфиклиты, действовали в основном вымышленные герои, и показ их отрицательных сторон никого не задевал. В то время как последние произведения были написаны на основе конкретных событий и там показаны реальные личности, хотя многим героям имена изменены, все равно их прототипы легко узнаваемы, а некоторые действующие лица вовсе взяты под своими фамилиями.

Возникает вопрос: надо ли о живущих сегодня людях, раскрывая их недостатки и не слишком добрые дела, издавать книги, тем более художественные произведения, хотя все написанное правда? Или этого делать нельзя?

Мы с Тайфур-агаем часто спорили на эту тему. Я был против такого журналистского и прямолинейного использования художественного слова, а Тайфур-агай считал, что не надо бояться говорить и писать правду. Роман или повесть должны быть действенными, говорил он, то есть волновать читателя, заставлять его симпатизировать героям произведений или ненавидеть их. И если прочитавший книгу узнает в героях реальных людей, тем сильнее будет воспитательное воздействие на читателя.

С этой стороны Тайфур-агай, можно сказать, опередил свое время. Сейчас мы видим, что во многих газетных статьях, а так же в книгах, не боясь пишут голую правду, героев своих произведений показывают во всей “красе”, то есть раскрывают недостатки и описывают не слишком добрые их дела и поступки. Мы сейчас привыкли к этому, и такое преподнесение героев считаем нормальным. А в 80-е годы это воспринималось в штыки. Но Тайфур Сагитов упрямо гнул свою линию и сегодня приходится признать, что он был прав. Хотя Тайфур-агай давно показал нам в каком направлении должны развиваться публицистика и художественное слово, у нас до сих пор боятся открыто писать правду и говорить кто есть кто. Например, недавно только за одно правдивое слово о маленьком чиновнике Союза писателей уволили с работы и выжили из Башҡортостана талантливую поэтессу и журналистку Ларису Керчину.

Тайфур-агай всегда чутко чувствовал веяние времени и был новатором не только в журналистском и писательском поприще, но и инициатором многих добрых начинаний в повседневной жизни.

Так в семидесятые годы он организовал необычные для тех времен конно-спортивные походы молодежи Башҡортостана, в восьмидесятые годы по его настойчивому предложению начали выпускать башкирский бальзам “Агидель”, открылись две мастерские по изготовлению курая из шпона и гармони “Тальянка”. Инициатором и организатором установки бюста национальному герою Салавату Юлаеву в эстонском городе Палдиски, где он скончался, тоже был Тайфур Сагитов.

В конце восьмидесятых и в начале девяностых годов он одним из первых начал издавать свои книги самиздатом. Как журналиста и писателя авторитет Тайфура Сагитова в нашей республике был огромным, многие руководители организаций и районов читали и любили его статьи и произведения, особенно роман “Сабантуй”. И когда возникла возможность издания книг за свой счет, Тайфур-агай не испытывал недостатка в спонсорах: многие руководители с охотой соглашались финансировать издание его произведений. Таким образом Тайфур Сагитов начал выпускать свои запрещенные официальными редакциями книги. Так, только в 1992 году увидели свет аж шесть его книг. Для того времени это было необычно и ново.

Помню, будучи восприимчивым к новизне, Тайфур-агай с радостью воспринял мое предложение издавать новый журнал при Министерстве культуры Башҡортостана и начал всячески помогать в этом неизвестном для меня деле. По моей просьбе он написал концепцию нового издания. Не забыл и финансовые стороны – посчитал расходы, количество бумаги, объем и т. д. Предложил и название “Заман” (“Эпоха”). Но здесь наши мнения разошлись: Тайфур-агай считал, что новый журнал должен быть широкого диапазона и общественно-литературной направленности. Я же настаивал на том, что журнал, издаваемый Министерством культуры, должен в основном освещать культурную жизнь республики и предложил соответствующее название – “Тамаша” (“Зрелище”). Хотя в конце концов приняли мое предложение, Тайфур-агай, засучив рукава, взялся за издание и распространение нашего журнала. И он быстро получил довольно широкую аудиторию – уже на второй год создания “Тамаша” достиг тиража пяти тысяч экземпляров. А у Тайфура Сагитова в рекламировании и распространении нового издания имелся огромный опыт – он долгие годы работал в редакциях журналов “Башкортостан кызы”, “Агидель”, газет “Ленинец” и “ Башҡортостан”. А в годы создания журнала “Тамаша” он работал главным редактором газеты Башинформа “Связист Башҡортостана”, которая к тому времени распространялась не только среди почтовиков. На нее подписывались и далекие от почты люди, благодаря актуальным и интересным статьям на животрепещущие темы, написанные Тайфуром Сагитовым. Эту газету фактически он создавал один, так как в штате было всего три человека, двое остальных в основном занимались технической стороной выпуска. Причем газета издавалась на русском языке и башкирский писатель Тайфур Сагитов писал статьи на прекрасном и великом.

У Тайфур-агая была хорошая черта для журналиста – он быстро и живо реагировал на любые события жизни, причем у него всегда имелось свое мнение на неожиданные ситуации, и оно было непривычным и необычным. Поэтому Тайфур Сагитов часто отзывался на текущие моменты большими статьями в газетах и журналах. И для написания данных материалов он не жалел ни сил, ни времени. Я удивлялся его такому расточительству и часто говорил ему, что лучше было бы если свою энергию он направил на создание новой повести или хотя бы рассказа. На что он отвечал:

– Я не только писатель, но и журналист. А вопрос-то сложный. Читателю нелегко разобраться в этом деле. Поэтому они должны знать мое мнение. Оно может подсказать им как поступить, какую дорогу избрать в жизни.

В девяностые годы постоянно возникали такие сложные моменты, когда трудно было разобраться не только простому человеку, но и просвещенному интеллегенту. А Тайфур Сагитов внутренней своей культурой быстро вникал в эти запутанные ситуации и отзывался в печати интересными и популярными публикациями. Поэтому многие издания не только охотно печатали его, но и заказывали ему статьи. И Тайфур Сагитов в те годы слыл одним из ведущих публицистов республики. Не зря все-таки он пришел в башкирскую литературу именно с книгой очерков “Спасибо вам, люди!”

Несмотря на свой довольно жесткий и суровый характер, Тайфур-агай был очень отзывчивым человеком и всегда был готов придти нуждающемуся на помощь. Он всячески оказывал содействие или словом или делом, а в сложных ситуациях брался за перо и отзывался статьей, защищающей пострадавшего. И вопрос быстро решался как надо.

За примером не буду далеко ходить. Потому что его отзывчивость я испытал на себе. В 1988 году я вынужденно переехал из Сибая в Уфу и оказался в довольно сложной ситуации – ни семьи, ни квартиры, ни работы, ни денег. Чтобы устроиться на работу необходима была прописка, вот добиться ее оказалось нелегко. Я обращался за помощью ко многим, к своим близким друзьям, знакомым, далеким родственникам. Но никто не стал меня к себе прописывать, кому-то помешала маленькая площадь, но многие просто не хотели иметь лишних проблем (вдруг я начну претендовать на их квартиру!) и мило отказывали. Только Тайфур-агай, узнав мою беду, без лишних вопросов прописал меня в свою квартиру и я смог устроиться на работу. А спустя некоторое время, увидев, что со своей семьей и маленьким ребенком я мыкаюсь без угла, через одного из почитателей своего таланта – генерального директора БЭТО (телефонного завода) выбил мне комнату в общежитии. А в это время мои близкие друзья, занимающие довольно высокие посты, палец о палец не ударили, чтобы помочь, несмотря на мои неоднократные обращения.

Можно привести еще много примеров того, как Тайфур Сагитов какого-то деревенского жителя устроил в больницу, или настоял, чтобы кому-то срочно сделали операцию, или, поговорив с главой администрации района, помог молодому писателю получить свой угол. Но здесь ставлю точку. Я думаю вы, дорогой читатель, уже наверное представили, каким был этот на вид суровый и жесткий, а в действительности всегда готовый прийти на помощь нуждающемуся, очень отзывчивый Человек.