Браслет времени: УФЛИ в камне и слове. Марина Кириллова

Пока другие проживают встречи,

Спешат домой, листая суету,

Она берёт мгновение за плечи

И бережно вплетает в летопись свою.

Ей ведом дар незримого служенья:

Не оказаться первой на виду,

А сохранить дыханье выступлений,

Улыбку, шутку, паузу, звезду.

Она не просто даты собирает,

Не составляет перечень имён –

Она живые голоса спасает

От беспощадной власти у времён.

Вот кто-то робко прочитал впервые,

Вот кто-то спорил жарко до утра,

Вот чьи-то строки – хрупкие, живые –

Нашли в чужих сердцах свои ветра.

И всё, что, кажется, исчезнет вскоре,

Что унесёт забвения вода,

В её тетрадях, снимках, разговорах

Останется надолго. Навсегда.

Она хранит не факты – человечность,

Тот свет от строчек и рукопожатий,

Где дружба обретает бесконечность,

А слово – продолжение объятий.

Летописец... Но как звучит высо´ко

Простое дело: помнить и беречь.

Из крохотных подробностей эпоха

Однажды сложит собственную речь.

И потому, когда пройдут столетья,

Когда сменятся адреса основ,

Откроет эту память кто-то светлую

И скажет:

– Здесь дышала УФЛИ живой.

Здесь спорили, любили и творили.

Здесь были – друг для друга, без фанфар.

Негаснущая летопись... страницы –

Отметины эпохи (слов и фраз).

Стоять её негромкая заслуга:

Она спасала время от забвенья,

А значит память о поэте-друге

Увековечена историей, мгновеньями.

Марину Кириллову часто называют летописцем УФЛИ — человеком, благодаря которому встречи, выступления, споры, творческие открытия и человеческие интонации не растворяются в быстротечности дней.

Она не просто фиксирует события — она сохраняет атмосферу, лица, голоса, ту живую ткань литературного братства, из которой потом складывается история. Об этом её качестве не раз говорили участники объединения.

Мне кажется, это очень редкий талант — быть не только автором, но и хранителем общего дыхания литературного сообщества.

Благодаря таким людям история перестаёт быть сухой хроникой и становится памятью сердца.