Все новости
ЛИТЕРАТУРНИК
6 Октября 2020, 17:26

Человек солнечной стороны

Как-то разговаривал по редакционному телефону. Наконец положил трубку. Наш художник Алексей спросил меня: «Мустафа Сафич, с которым ты говорил, это Мустай Карим?» – «Ну да», – ответил я. И надо было видеть взгляд, которым посмотрел на меня Леша.

Да, Мустай Карим уже при жизни стал легендой, мифом, преданием. В чем же дело? Почему это случилось с человеком – что тут скрывать – вполне благополучным, успешным, признанным, с мнением которого считались, прислушивались, уважали? Если мы обратимся к истории, то увидим картину совершенно противоположную, – в памяти народа сохранялись имена поэтов гонимых, пострадавших, рано ушедших из жизни. В чем же секрет Мустая Карима?
Я собираю истории из его жизни. Некоторыми из них я и поделюсь с читателями.
В шестидесятые годы известный поэт, публицист, драматург, переводчик Газим Шафиков жил очень и очень бедно, в литературу его не пускали. Решил заняться переводами. В частности, перевел стихи Мустая Карима. Решил показать автору, передал. А Мустай Карим как раз уезжал в подмосковный Дом отдыха писателей Малеевку. Переводы он взял с собой, попросил позвонить ему через неделю.
Прошло дней десять, и Шафиков набрал межгород. Мустафа Сафич поднял трубку, стал говорить о переводах. И так увлекся, что прошла минута, потом другая, третья… «Я и бросить трубку не могу, и разговор надо прекращать – межгород страшно дорогой, звоню на последние деньги!» – рассказывал мне много лет спустя Газим Газизович. В общем, минут двадцать разговаривал с начинающим переводчиком о его переводах признанный поэт, депутат, лауреат многочисленных премий.
А наутро в почтовом ящике Газим Газизович обнаружил телеграфный перевод на сумму, которая ушла на этот разговор, и телеграмму с извинениями. Надо ли добавлять, что переводы его были опубликованы и послужили началом большой деятельности в этой области?
Другую историю рассказал мне Владимир Петрович Капитонов, главный инженер Уфимского полиграфкомбината.
Дача Мустая Карима находится в Чишминском районе. Из соседней деревушки и пришла к нему женщина с просьбой – помочь с пропиской. Дочь ее вернулась откуда-то из дальних краев, а паспортный стол заворачивает ее обратно.
– А вы зайдите к начальнику отделения милиции и скажите, что она моя племянница, – сказал тогда Мустафа Сафич. – И телефон мой дайте, я подтвержу.
Так и сделала та пожилая женщина. Дочку прописали, а звонить уважаемому человеку не стали. Зачем беспокоить лишний раз?
Еще одна история. Раз в месяц к Мустаю Кариму домой приходил один поэт. Ставил вопрос ребром:
– Значит, так, Мустай, необходимо срочно решить два вопроса: издать мою книгу и выдать мне три рубля.
– Два вопроса сразу – это сложновато будет, – отвечал Мустафа Сафич. – Давай что-то одно.
И довольный поэт уходил в трешкой в кармане.
Собственно, этих историй куда больше. И охватывают они практически всю сознательную жизнь Мустая Карима. Думаю, что как раз в этом – не побоюсь такого слова – сверхъестественном умении найти общий язык с любым человеком, будь то представитель власти или простой человек, помимо собственного творчества, проявил себя добрый гений Мустая Карима. Творить добро для всех было для него таким же неотъемлемым качеством, как дышать, как писать стихи, как жить.
Не секрет, что любой авторитет проходит проверку на прочность как при жизни, так и после смерти. Пришло ли время сбросить Мустая Карима с парохода современности, насколько жизнеспособен его опыт? Понять это позволяет другая история, случившаяся совсем недавно. Премьер-министр В. Путин пригласил к себе в гости писателей – поговорить о жизни, о проблемах. И нашлись среди них такие, что отказались прийти, – потому что такое приглашение, исходящее от власти, дескать, оскорбляет их достоинство. Секрет здесь прост – писатели всегда будут искать пути к популярности. В современной российской литературе, к сожалению, не нашлось авторитета равновеликого Мустаю Кариму, который показал бы пример достойного сотрудничества с властью и народом, когда можно разговаривать, общаться, решать проблемы, не теряя чувства собственного достоинства, уважительно, с пользой для дела.
В нашей республике пример Мустая Карима позволяет это сделать. В том духовном единстве, которое сложилось у нас в республике, есть доля и его труда, его авторитета, его влияния...
Айдар ХУСАИНОВ