Все новости
ЛИТЕРАТУРНИК
23 Апреля 2020, 20:05

Аксаковедение. Аксаковский народный дом: к истории памятника архитектуры ХХ века. Часть первая

Недавно в одной уфимской газете резануло глаз словосочетание «бывший Аксаковский народный дом». Я подумал, а разве может быть этот памятник архитектуры – бывшим. То, что уже более 80 лет в этом здании размещается и успешно творит Театр оперы и балета, вовсе не делает его бывшим, так как этот Дом изначально и задумывался, и строился всем миром именно как Народный дом С.Т. Аксакова. И потому – пока на перекрестке улиц Пушкина и Ленина располагается этот монументальный памятник истории и архитектуры – он был, есть и будет Аксаковским народным домом, в котором ныне находится Башкирский государственный театр оперы и балета. И, конечно, очень бы хотелось, чтобы на фасаде этого здания все-таки появилась вывеска: «Аксаковский Народный дом».

Народный Дом имени С.Т. Аксакова
Народные дома – это общедоступные культурно-просветительские учреждения, которые строили в России с 1880-x гг. и особенно широко – после революции 1905 г. Например, в Петербурге первый народный дом открылся в 1883 г.
Большинство народных домов до 1914 г. были государственными (например, земские и муниципальные дома попечительства о народной трезвости), однако встречались и негосударственные народные дома, построенные и финансируемые частными благотворителями. Часть из них сохранила свое предназначение и после революции. Аксаковский народный дом стал самым крупным Народным домом за пределами Петербурга.
В дореволюционной Уфе работал один из лучших в России летних театров – в саду В.И. Видинеева, но вот зимой столичные театралы маялись «по углам»: деревянные здания неоднократно сгорали, а залы Большой Сибирской гостиницы, Общества вспоможения частному служебному труду, Дворянского собрания были неудобны как для артистов, так и для зрителей. В немалом для провинции городе не было и хорошего музея, да и зала для проведения общественных собраний. Строительство одного, но самого большого в Уфе здания, по мнению уфимского губернатора А.С. Ключарева, могло бы решить вышеперечисленные культурные проблемы.
30 ноября 1908 г. в Уфе, в зале Дворянского собрания состоялось особое совещание из представителей дворянства, земства, городского управления, должностных лиц разных ведомств и частных лиц, которое приняло решение построить в Уфе на добровольные пожертвования Аксаковский народный дом. На заседании 1 декабря 1908 г. был образован специальный Комитет по увековечению памяти С.Т. Аксакова. Были избраны председатель – действительный статский советник Александр Степанович Ключарев, и его товарищ (заместитель) – князь, губернский предводитель дворянства Александр Александрович Кугушев. Членами комитета стали авторитетные и богатые горожане.
С этого момента сразу начинается кипучая деятельность названного Комитета, уже в начале декабря приступившего к сбору в пределах губернии пожертвований на сооружение Народного дома. Это был первый опыт постройки, исключительно на общественные средства, столь капитального здания и сосредоточения в нем такого количества разнообразных просветительных и научных учреждений.
В распоряжении комитета было 24 тыс. рублей, полученных по страховке за сгоревший уфимский театр, и 60 тыс. рублей, внесенных комитетом трезвости. Затем эту сумму увеличили Уфимское земское собрание, выделившее 20 тыс. рублей, и Уфимская городская дума, передавшая комитету 24 тыс. рублей. Однако этих денег было мало. Комитет организовал подписку жителей Уфы и Уфимской губернии, затем подписку пожертвований во всей России. В Уфу потекли пожертвования, названные в народе «аксаковской копеечкой». Столичный журнал «Нива» писал по этому поводу: «Пример Уфы заслуживает всякой похвалы. Редко кто из наших писателей удостаивается такого внимания у себя на родине».
Ключарев не жалел ни сил, ни времени для личного сбора денежных средств с состоятельных лиц. Например, богач Кузнецов жаловался, что губернатор несколько раз приезжал к нему с подписным листом, затем полицмейстера присылал, пристава, околоточного, и в итоге он заплатил раз 30. Сбор «копеечки» иногда приводил к курьезам. Башкиры, приезжавшие в город на базар и попадавшие под одну гребенку с богатыми купцами, доставая пятаки, спрашивали: «Какой-такой Аксак – давай ясак?».
Михаил Васильевич Нестеров в письме к А.А. Турыгину 3 мая 1909 г. напишет: «Губернатор Ключарев уже набрал до 100.000. Приедет к купцу, посидит час-другой, глядишь, “борода” и отвалит тысячу, а один Нигирёв так размяк, что подмахнул 26 тысяч на разные нужды. “Лаской” с нас много можно взять, и “почет” мы любим, это самое – “за кавалергардеров” – и за грех это не считаем».
Чуть раньше, в письме от 1 января 1909 года к сестре Александре Васильевне Нестеровой в Уфу, художник писал о своем согласии с намерением Аксаковской комиссии при строительстве Народного дома С.Т. Аксакова выделить помещение для его картинной галереи. Художник считал это для себя большой честью. Насколько серьезно отнесся Михаил Васильевич к самой идее создания Аксаковского народного дома, можно судить по его «Воспоминаниям»: «Наступил 1909 год. <…> Все интересы мои сосредоточены на московской церкви и на Аксаковском Народном доме в Уфе. Из Уфы получил лист на сборы пожертвований. Подписал сам, других к подписке не принуждал, как-то было неловко. Быть может, ложное чувство, но было так».
А вот еще одно письменное свидетельство М.В. Нестерова: «…городской голова <Александр Александрович> Малеев предложил мне поместить мое собрание в Народном доме, где предполагалось устроить ряд просветительных учреждений: театр, библиотеку, читальню, а равно и картинную галерею, которая с годами должна была пополняться…» (из письма Ф.Л. Эрнсту от 3 февраля 1940 г.).
Губернатор Ключарев обратился за помощью в столицу, где петербургское общество архитекторов объявило всероссийский конкурс на лучший проект. Представлено было 24 проекта, но ни один из них уфимское жюри не приняло. Три из них решили премировать, но «ввиду совершенного несоответствия их прямому назначению сооружаемого здания и местным условиям» от них отказались.
Разработку нового решения поручили «местным силам». В результате был принят проект губернского инженера Павла Павловича Рудавского, составленный по рисункам председателя комитета губернатора А.С. Ключарева. Интерьер спланировал архитектор Илья Евграфович Бондаренко. Осуществление проекта было поручено уфимскому городскому архитектору Константину Александровичу Гуськову.
Под постройку городская администрация выделила самое лучшее место в городе – напротив Дворянского собрания, на углу Центральной (ныне ул. Ленина) и Пушкинской улиц. Место это по Центральной улице 25 сажен (54 метра), по Пушкинской – 50 сажен (108 метров).
Торжественное освящение этого места состоялось 30 апреля 1909 г. – в день пятидесятилетия со дня смерти писателя. После заупокойной литургии и торжественной панихиды, совершенной в Воскресенском кафедральном соборе преосвященным Нафанаилом, епископом Уфимским и Мензелинским, был совершен крестный ход к назначенному для освящения месту. Вечером того же дня в Летнем театре в саду Видинеева (ныне Аксакова) состоялся литературно-музыкальный вечер. Сбор с этого концерта, 2500 рублей, поступил в фонд строительства Народного дома. На молебне и на вечере присутствовала внучка писателя – Ольга Григорьевна Аксакова.
Согласно проекта, Аксаковский народный дом должен иметь два главных фасада: один по Центральной улице (ныне улица Ленина) в стиле «ренессанс», а другой – по Пушкинской улице в восточно-азиатском стиле, приближающемся к «мавританскому». Последнее условие есть дань башкирам и татарам, составляющим половину населения Уфимской губернии.
Народный дом будет иметь следующие помещения: 1) театр на 1000 человек, в три яруса, с партером, бенуаром, бельэтажем и верхним ярусом; 2) народную аудиторию на 600 человек; 3) музей Уфимского края, состоящий из отделов: этнографического (русского, башкирского, татарского и пр.), физической географии, сельского хозяйства и заводской промышленности; 4) картинную галерею для произведений, пожертвованных г. Уфе художником М.В. Нестеровым; 5) жилые помещения для хранителя музея, смотрителя здания, трех сторожей, истопника и его помощника; 6) магазины под кондитерскую, цветочную и табачную торговлю и под парикмахерскую; 7) подвал для хранения топлива и приборов отопления и вентиляции, а также для нужд музея и галереи; 8) службы: погреба для служащих при доме и для магазинов и сарай из двух отделений. По приблизительным расчетам на постройку этого здания потребуется более 300.000 рублей.
В журнале заседаний строительной комиссии записано, что «подготовительные работы начаты 15 июня». В начале июля 1909 г. подрядчиком Михаилом Семеновичем Ларионовым уже выполнено земляных работ на 2.969 рублей, ведутся плотничные работы, прокладывается водопровод. Для производства работ завозились галька и цемент, а подрядчик Камоцкий вел бетонные работы.
8 июля 1909 г. Ключарев подписал с Рудавским договор о том, что губернский архитектор принимает на себя обязательство сделать детальную разработку будущего здания. 24 августа 1909 г. архитектору было указано, что он затягивает со сдачей детальной проработки здания, – и тот немедленно сдал требуемые чертежи.
Закладка Народного дома была торжественно совершена 14 сентября 1909 г. преосвященным Нафанаилом, епископом Уфимским и Мензелинским, после литургии в Воскресенском кафедральном соборе. По прибытии процессии на место будущего храма искусства, здесь в раскинутой палатке отслужен торжественный молебен, после которого в приготовленное углубление положен пергамент с соответственными надписями, заключенный в медный цилиндр, накрытый затем камнем и залитый цементом. На этом торжестве присутствовали представители почти всех учреждений и сословий г. Уфы, во главе с инициатором торжества – губернатором А.С. Ключаревым и множество горожан.

Сергей МОТИН
Читайте нас в