Все новости
ЛИТЕРАТУРНИК
21 Октября 2019, 19:30

Пожелание добра. Часть одиннадцатая

Мустай КАРИМ Мысли, притчи, афоризмы Составитель и редактор Айдар Хусаинов Продолжение… * * * Я башкирский литератор, о ком бы, о чем бы я ни писал, пишу о своем народе, пишу для него. И не только для него. Потому что я хочу, чтобы о моих соплеменниках как можно больше узнали другие, узнали доброго, красивого, правдивого, дабы прониклись к ним уважением и симпатией. Это для меня очень важно. Как отдельный человек не может жить только для себя, так и целый народ не может замкнуться в себе. Он живет вместе с другими, ради себя и ради других. Поэтому я считаю крайне важным то, что я о своем народе говорю всем, кто меня слышит. В этом мой интернациональный долг.

* * *
Конечно, любая национальная литература возникает из недр устного народного творчества, она вбирает в себя его эстетический опыт, его поэтику, его дух. Но только счастливое сочетание этих традиций с новыми художественными завоеваниями и открытиями, поисками и находками, творческое освоение опыта других обеспечивает рост и обогащение данной литературы.
* * *
В жизни очень часто бывает и так, что поэт учится у того любимого поэта, на которого он не похож и не будет похожим.
* * *
Образ и образность мысли любого народа, выраженные в его художественном творчестве в прошлом, вытекают из его опыта. Пренебрегать опытом народа – значит оторвать поэзию от ее народной, национальной стихии.
* * *
А в жизни бывает и так. Через наш аул протекали маленькая речка. В истоке
ее били мощные ключи. В надежде иметь много воды крестьяне запрудили эту речку. Действительно, первые два-три года воды было довольно много. Потом пруд начал превращаться в болото, а через несколько лет все высохло. Оказывается, когда начался застой, ил забил те ключи, и они заглохли. Когда в литературе и искусстве начинают прудить только свои национальные пруды, то застой неминуем. Мы это тоже поняли, но, к сожалению, еще не все.
* * *
Не на гладкой поверхности сердца, а в рубцах, которые образуются от малых утрат и великих потрясений, от мимолетной радости и восхищения чудом жизни, гнездятся песни поэта, как стрижи в расщелинах прибрежных скал.
* * *
Процесс творчества, конечно, вещь сугубо индивидуальная. Но едва ли настоящий мастер плакал бы, создавая наижалостнейшие даже картины. Он, вероятно, бывает подчинен другой воле: суровой дисциплине – шестому чувству творца.
* * *
Поэзия становится интереснее и богаче, если каждое новое поколение и каждый поэт вносит в нее свое слово, свою интонацию, свое мироощущение, свое понимание красоты. Хоть немножко, да свое. Кто был там, где Уфимка впадает в Белую, тот, наверное, видел, как Уфимка, после того как она попала в русло Белой, еще долго идет рядом с Белой, сохраняя свой цвет (по-башкирски они называются Караидель – Черная река и Агидель – Белая река). Своенравная река. Только потом Белая одолевает ее. А поэт должен всю жизнь быть таким своенравным.
* * *
Я надолго запомнил житейский случай. В марте 1943 года меня не пустили в зрительный зал одного из московских театров потому, что я был в грязных валенках. Я, тихо возмутившись, ушел. Обидно было солдату. Потом же, много лет спустя, я радовался. Обрадовался за театр, за искусство. Даже войне оно не делает уступок, даже в затемненном городе держит свой светоч высоко.
* * *
Поэзия – это молодость души, она не должна быть ворчливой.
* * *
...И вот книга кончена, поставлена последняя точка. У каждого писателя, наверное, в эту минуту своя мысль. Меня же в такой миг чаще всего посещает тревога: какой будет следующая книга? И это беспокойство, возможно, и есть завязь, в которой уже острое зернышко будущего произведения.