Все новости
ЭТОТ ДЕНЬ ПОБЕДЫ
11 Декабря 2022, 17:00

Судьба разведчика

Слова «военная тайна» имеют какую-то магическую власть над нашими умами. Всегда хочется, если не раскрыть ее, то хотя бы приоткрыть завесу, развязав тесемочки на пыльной папке с грифом: «Совершенно секретно». Мне повезло – я познакомилась с настоящим военным разведчиком Александром Ивановичем Козловым, который является прототипом героя повести В. Ардаматского «Сатурн» почти не виден». К сожалению, и литературное произведение, и фильм по его сюжету имеют существенные неточности. Во-первых, ведущая роль в них отводиться советской разведке и контрразведке. На самом деле – главным действующим лицом, закрутившим интригу, был, завербованный немцам, лейтенант Красной Армии Козлов. Во-вторых, сама биография и психология героя явно подретуширована и идеализирована в духе советского реализма. Впрочем, обо всем по порядке.

В середине 90-х годов среди участников игры «Поле чудес» был А. И. Козлов. Его рассказ о себе очень меня заинтересовал. Я написала ему письмо, и у нас завязалась переписка. В 1998 году Александр Иванович пригласил меня с мужем к себе в гости в город Горячий Ключ Краснодарского края.

Пароль не нужен.

Наш поезд прибыл на перрон в четвертом часу утра. Маленькое здание вокзала было безлюдным. Вокруг – тоже не души. Теплая южная ночь, полное безветрие и тишина. Муж пошел искать какой-нибудь транспорт, чтобы добраться до города. Я сидел на скамейке, когда ко мне из темноты шел крепкий, подтянутый мужчина в широкополой шляпе. Он спросил: «Какой прибыл поезд?» На что я ответила вопросом: «Вы Александр Иванович?» Он рассмеялся, воскликнув: «Ах, это вы?!»Подошел мой муж и мы втроем сели в стоящий за кустами старенький «Москвич». Козлов отвез нас на квартиру своей знакомой и пообещал приехать завтра утром.

Первое впечатление об этом человеке показалось мне несколько странным… Создавалось впечатление, что мы играем в какую-то игру. Александр Иванович говорил в пол голоса, внимательно рассматривая меня. Мы, словно шахматисты перед матчем, пытались оценить друг друга. По лексике Козлова, цитатам и афоризмам я поняла, что передо мной – большой любитель не только исторической прозы, но и приключенческой литературы. Наши взгляды во многом совпадают, и каждый из нас остается даволен интеллектом собеседника.

Александр Иванович Козлов
Александр Иванович Козлов

Правда, одна только правда.

Я принадлежу к категории людей, которые воспринимают информацию, подвергая ее сомнению, проверке и анализу. Из всего, что рассказал мне Козлов, абсолютной правдой можно считать его биографию до немецкого плена.

Александр Иванович родился в 1920 году в селе Александровское Ставропольского края. Как и большинство мальчиков того времени, мечтал стать военным. Перед самой войной он закончил в городе Калиновичи пехотное училище в звании лейтенанта. В октябре 1941 года, будучи комбатом 21-го стрелкового полка 7-й стрелковой дивизии, попал в районе Смоленска в окружение и с группой бойцов влился в партизанское соединение «Дедушка». Во время тяжелого боя в Кучеровских лесах Смоленской области Козлов получил контузию и вместе женой Евдокией Вилковой – лейтенантом медицинской службы, и десятью бойцами 22 июня 1942 года попал в плен. Содержались они в Вяземском лагере. Работники Абвера по нескольку раз посещали этот лагерь в поисках нужной для разведывательно-диверсионных целей людей. Абверовцу в чине обер-лейтенанта стало известно, что в плен попали женщина-военфельдшер и ее муж-офицер Красной Армии, и он разыскал их. На легковой машине супругов привезли в деревню Алексеевка (8 км от Вязьмы). Здесь находилось подразделение «Абверкоманды-103», в которой производилась вербовка агентуры. Штаб абверкоманды находился в Красном Боре – пригороде Вязьмы и возглавлялся подполковником Герлицем. Ему были подчинены разведцентры «Сатурн» и его разведшкола одноименного названия в городе Борисове.

Писатель А. Ардаминский приписал к возрасту своего героя 10 лет; на самом деле Александру Ивановичу было 22 года, когда он, измученный тяжелым ранением и контузией, предстал перед шефом «Сатурна». Необходимо отметить, что душевное состояние Козлова было еще более тяжелым: его жена – беременна, а будущее так неопределенно. Опытный психолог Герлиц сознавал, что судьба подкинула ему великолепный шанс: использовать молодого советского офицера, удерживая в заложниках его жену и ребенка. Однако, Александр Иванович был не по годам умен, достаточно начитан, имел неплохие артистические данные и был не менее талантливый психолог, чем его визави. Игра началась.

Его знали только в лицо

Взвесив все «за» и «против» Козлов решил дать согласие на обучение в разведшколе. Вот как в последствии он объяснял мотивы этого решения «…мне представлялся шанс продолжить борьбу с коварным противником, попытаться перехитрить его. В конце концов я твердо решил проникнуть в Абвер, пройти его школу, собрать сведенья о разведцентре и используя загрузку за линию фронта, вернуться к своим».

В школе ему сменили фамилию он стал Меньшиковым. Первые шесть месяцев Александр Иванович обучался на радиста, а остальное время, до отправки в июне 1943 года на задание, привлекался для работы в качестве преподавателя строевой подготовки.

Июньской ночью перед рассветом со скоростного двухмоторного бомбардировщика «Дорнье-217» Меньшиков-Козлов был выброшен на парашюте в форме советского офицера – гвардии капитана и благополучно приземлился районе Тулы с заданием – передать двум абверовским агентам-радистам, действовавшим в районе Москвы, питание для раций, деньги в сумме 500 тыс. руб. и бланки различных документов.

Об обстоятельствах своего пребывания в тылу Красной Армии Козлов рассказывает: «Спустился на парашюте близ воинской части. Встретился с армейскими людьми, не очень компетентными в этих делах… Но вскоре прибыл представитель контрразведки армии и все стало на свои места. Потом мы с чекистом выехали на «Виллисе» в Москву. Там подробно информировал сотрудников госбезопасности о немецком разведцентре, нацеленном на Москву, школе Абвера, об известных мне заслонных в нашу страну агентах. Последовало предложение вернуться в «Сатурн» и продолжить разведывательную работу против него. Я согласился. И если до этого момента действовал по своей инициативе, то теперь мне предстояло действовать по заданию нашей разведки. Последовал подробный инструктаж. Мне дали пароль – «Байкал-61».

Годичное пребывание А. И. Козлова в разведшколе Абвера не прошло напрасно. Обладая хорошей памятью и проницательным умом, он аккумулировал в голове все, что касалось гитлеровской военной разведки и контрразведки на центральном направлении советско-германского фронта.

После возвращения Меньшикова-Козлова, в штабе «Абверкоманды-103» подполковник Герлиц был в приподнятом настроении; в присутствии своих сотрудников обнял его, похлопал по плечу, затем пригласил всех в небольшую комнату на банкет. Вскоре Александр Иванович понял, что, несмотря на весьма лояльное, внешне почти дружелюбное отношение к нему господина Герлица, абверовцы ему полностью не доверяли. В беседах во время прогулок, как бы невзначай, зам начальника зондерфюрер Фурман уточнял отдельные моменты его пребывания за линией фронта. Несколько раз Меньшиков-Козлов писал отчеты «о проделанной работе». Когда Александру Ивановичу присвоили звание лейтенанта немецкой армии, он понял, что получил хотя бы временную передышку от проверок и провокаций со стороны абверовцев. Его зачислили в штаб разведшколы на должность преподавателя и наградили серебряной медалью «За храбрость».

«Байкал-61» выходит на связь.

Органы госбезопасности СССР в течении месяца после возвращения Козлова в «Сатурн» не беспокоили немецких лазутчиков, затем арестовали и заставили работать на советскую разведку. Началась радиоигра с «Сатурном», которая велась до конца существования этого разведоргана. Руководство «Сатурна» регулярно получало из Подмосковья дезинформацию.

В период пребывания Александра Ивановича в советском тылу у него родился сын. Ребенок появился на свет слабым и умер, не прожив и месяца. Супруги встретились после долгой разлуки. Теперь Козлов поселился в одной комнате с женой. Он сообщил ей о «выполнении» задания «Сатурна» и свой новой роли. Е. Вилкова радостно встретила эту весть и согласилась помогать ему во всем.

В деятельности советского разведчика А. И. Козлова были, увы, и черные дни. Центр обещал прислать радиста, но в назначенный день и час он на явку (к церкви Старой Борисовке) не прибыл. Планировавшаяся связь с Центром сорвалась и восстановить ее было не просто, тем более что Козлов получил в Москве указание – ради соблюдения конспирации ни в какие контакты с партизанами и подпольщиками не вступать. Оказавшись без связи с Центром, Александр Иванович пошел на крайне рискованный шаг – решил привлечь для передачи в Центр информации из «Сатурна» кого-нибудь из посылаемых на задание агентов, использовав для этой цели свой, полученный в Москве пароль – «Байкаль-61». Он стал тщательно, скрупулезно изучать каждого намеченного к отправке агента. С большим мастерством выполнял Козлов трудную, опасную и ответственную работу разведчика, пребывая в течении трех лет в стане гитлеровского Абвера при постоянном напряжении нервов и готовности к непредвиденным действиям. В своих показаниях 29 декабря 1950 года разведчик В. М. Андреев (он же Антонов), прошедший обучение в «Сатурне», дал старшему преподавателю школы А. И. Козлову такую характеристику: «По отношению к агентам вел себя высокомерно, не допускал нарушения дисциплины, отдельных агентов наказывал. В то же время засиживался с разведчиками за картами, играл в футбол, шахматы или беседовал… своим положением в школе дорожил. Старался выслужиться перед руководством, был у него на хорошем счету».

В связи с отсутствием войск вермахта «Абверкоманда-103», разведцентр «Сатурн» и его школа переехала в начале 1944 года из Борисова в род Меве (Восточная Пруссия), вместе с ними, следуя указании. Центра, и Меньшиков-Козлов с женой здесь же в Меве Александр Иванович был награжден орденом Боевого Креста с мечами (вручал сам Герлиц перед строем курсантов в присутствии сотрудников) и произведен в капитаны гауптман немецкой армии. Спустя несколько дней абверовцы сфотографировали Меньшикова-Козлова в мундире и при ордене, но фото на руки не дали оставили у себя (эта фотография А. И. Козлова обнаружена в немецких архивах, захваченных Советской Армией при разгроме Германии).

Как вас теперь называть?

Немецкие войска продолжали отступать. Последнее место дислокации «Сатурна» - город Бисмарк на территории Германии. 12 апреля 1945 года город заняли американцы. А. И. Казлов в форме капитана немецкой армии сдался им в плен. Его жена Вилкова перешла в советскую зону оккупации Германии, назвала, как наказывал муж, командованию одной из воинских частей пароль «Байкал-61» и была отправлена в Москву. Сам же Козлов сначала содержался в лагере для немецких военнопленных в бельгийском городе Намюр, затем был переведен в лагерь близ Парижа. Ему удалось связаться с советской военной миссией во Франции и доложить о себе. Прибывший из Москвы на самолете сотрудник госбезопасности доставил его на Родину.

«За особые заслуги перед Рейхом» Меньшиков-Козлов получил в «Сатурне» шесть поощрений; чекисты награждать Александра Ивановича не спешили. Казалось все самое страшное уже позади, но… Козлову не доверяли. Некоторые откровенно говорили, что за долгое время пребывания в немецком окружении он мог сломаться и, даже еще хуже, оказаться перевербованным. В военном билете сделали запись: «Был в плену, прошел фильтрацию». В те годы это означало конец всей карьере.

По возвращении в Советский Союз А. И. Козлов представил подробный отчет о деятельности борисовской разведшколы, назвал 29 человек официальных сотрудников школы и 57 агентов. Проживая в Ставропольском крае, оказал помощь органам госбезопасности в выявлении вражеских лазутчиков – им было опознано 12 агентов Абвера. В феврале 1946 года «за невозможностью дальнейшего использования» Козлов был уволен из рядов Советской Армии.

Работа и психология бойцов невидимого фронта имеет свои особенности. Разведчики как бы балансируют над бездной. Нельзя снабжать противника одними недостоверными фактами. Но где граница, переступив которую, агент начинает работать на врага? Чем измерить тяжесть тех потерь, которые неизбежны при внедрении своего человека в лагерь противника?

Бой после Победы

После окончания отечественной войны Александр Иванович долгое время не мог устроиться на достойную работу. Прошедших плен, не брали на учебу в ВУЗы, а гражданской специальности у него не было. Пришлось перебиваться случайными заработками – торговал квасом, был учителем труда, помощником лесничего. Сложности возникли и в личной жизни: Козлов расстался с первой женой, о женитьбе на молодой красавице мешало темное прошлое бывшего разведчика. Отец невесты категорически возражал против союза дочери с человеком, прошедшим плен. И тогда Александр Иванович, нарушил подписку о неразглашении военной тайны, обращается за помощью к райвоенкому, с которым был в дружеских отношениях. Конечно, никаких подробностей он не рассказывал, но все же о том, что по заданию «СМЕРШа» забрасывался в немецкий тыл и работал в германской разведшколе, проболтался. Намекнул и на то, что оказывает советской контрразведке содействие до сих пор. Военком поверил и пообещал уговорить отца невесты Козлова изменить его отношение к их браку. Слово свое он сдержал. Свадьба состоялась. Скоро у молодых родился сын. Однако, тесть сомнений своих не утратил, и обратился в местное отделение Управления МГБ по Ставропольскому краю. В Москву полетела важная депеша: «Байкал-61» расшифровался как агент органов МГБ». В мае 1949 года Александра Ивановича вызвали в госбезопасность СССР и в октябре 1950 года по постановлению особого совещания заключили в исправительно-трудовой лагерь за «разглашение секретной информации». Освободившись в 1952 году, Козлов поступил в техникум на заочное отделение, и всю дальнейшую жизнь строил дороги на Ставрополье и в Краснодарском крае. В 1964 году бывший разведчик был реабилитирован, а позднее и награжден орденом Красной Звезды и орденом Отечественной войны II степени. В 1965 году ему присвоили звание Почетного гражданин города Борисова.

Кто вы, гаутман Козлов?

Утром, едва мы с мужем проснулись, Александр Иванович был уже у нас. Я едва успевала записывать все, что он рассказывал о своем детстве, о «Сатурне», о тех сложных ситуациях, в которые он попадал, из которых неизменно выходил победителем. Впрочем, тогда малейшая ошибка могла стоить ему жизни и Козлов играл свою роль весьма талантливо. Глядя на Александра Ивановича, я поняла, что события тех далеких лет - своей яркостью, опасностью навсегда врезались в его память, а напряженность нервов, внимания, концентрация духовных и физических сил превратили его в игрока. Слишком часто приходилось Козлову ставить на кон свою жизнь, и не только свою…

Александр Иванович вспоминал, что партизаны и местные подпольщики знали о существовании немецких разведшкол, но особый интерес у них вызывал преподаватель «Сатурна» - Меньшиков; уж очень старательным, принципиальным, предусмотрительным и ловким был этот человек. За ним охотились, но хитрый гауптман всегда ускользал от них невредимым.

На другой день Александр Иванович пригласил нас с мужем к себе в гости. Занятная особенность присуща бывшему разведчику… Он продолжает жить по закон военного времени. Его речь отрывиста и доходчива, словно он инструктирует не слишком усердных курсантов. Он подтянут, выбрит, аккуратно одет, легок на подъем (по городу ездит на велосипеде). Он безошибочно улавливает настроение собеседника, его осведомленность в той или иной области. Оценки Козлова достаточно объективны, но категоричны и безаппеляционны. Абверовские «штучки» он до сих пор применяет в повседневной жизни. Например, неожиданно может прервать свой разговор и задать какой-нибудь вопрос, чтобы выяснить на сколько внимательно слушает его человек. Пришлось нам с мужем выдержать и еще одну «проверку», очень популярную в «Сатурне»… К нашему приходу был накрыт огромный стол. Количество спиртных напитков вполне хватило бы на банкет небольшой разведшколы. Жена Александра Ивановича выпила «за знакомство» бокал шампанского, и оставила нас втроем. Когда после коньяка мы принялись за водку, я поняла, что моего скромного опыта явно недостаточно для поединка с профессиональным разведчиком. (Как поведал Козлов: два раза в месяц немцы устраивали для курсантов дружеские пирушки с обилием спиртного, чтобы узнать мысли и планы своих подопечных). Продолжая внимательно слушать слегка захмелевшего хозяина, я изо всех сил пыталась удержать в памяти, хотя бы примерное, направление нашего местожительства. Полагая, что общаясь с нами, Александр Иванович вновь пережил свою полную приключений молодость, демонстрируя в беседе хорошую реакцию, остроумие и даже сарказм. Естественно, ему было любопытно: сможем ли мы сориентироваться в незнакомом городе и найти (уже почти в полной темноте!) дом, где мы остановились? Экзамен мы с мужем выдержали, и довольно быстро добрались до знакомой калитки, где нас поджидала наша хозяйка. Собрав всю волю в кулак, мы твердым шагом поднялись на крыльцо, удачно попали в дверной проем и уже без чувств рухнули на свои кровати.

Часов в десять утра нас разбудил телефонный звонок. Александр Иванович бодро осведомился о нашем самочувствии и добавил, что приедет к нам через час. Я рванула в магазин за диктофоном, муж обреченно побрел за коньяком.

Вначале я давала возможность Козлову высказываться, но после третьей или четвертой встречи я уже старалась направлять разговор в нужное для меня русло. Если суммировать положительные отзывы о работе разведслужб двух противоборствующих государств, то – отношение к людям, дисциплина, система поощрений и возможность роста по службе – в Германии, по словам бывшего гауптмана, горазда рациональнее и справедливее, чем в СССР. Так, вернувшиеся из советского плена немцы, получали отпуск, паек, а иногда и награды. В России же, даже мирные жители, пережившие оккупацию, получали клеймо неблагонадежных.

Многие мои вопросы Александр Иванович дипломатично обыгрывал, а некоторые просто игнорировал. Я прочитал о нем несколько документальных произведений; все они рисуют портрет разведчика только по его собственным интервью. Причем в разные годы он несколько иначе объяснял одни и те же факты своей биографии. Архивы КГБ пока хранят тайну гауптмана Меньшикова-Козлова.

После 10 дней общения мое мнение о личности этого удивительного человека таково: безусловно умен, хорошо овладевает различными профессиями, легко обучаем, способен к решительным действиям, живуч, чему способствует обостренное чувство предполагаемой опасности. И еще. Любопытный факт: Германские награды Александр Иванович получил за качественную подготовку агентов, советские награды – за партизанскую войну до немецкого плена. Работа Козлова, как советского разведчика, никакими поощрениями не отмечена. В 1997 году на ходатайство компетентных органов Краснодарского края перед Президентом России о присвоении разведчику А. И. Козлову звания Героя России, реакция не последовала.

Я спросила Александра Ивановича: «Если бы сегодня на календаре было начало апреля 1945 года, вернулись бы вы в Россию?» Козлов покосился на диктофон и пожал плечами: «Трудно сказать…»

Автор:Галина Фадеева
Читайте нас в