Все новости
ЛАЙФХАКИ
7 Декабря 2019, 14:28

Пищевой конструктор

Генетически модифицированный организм (ГМО) – живой организм, генотип которого был искусственно изменен при помощи методов генной инженерии. Генетическая модификация отличается целенаправленным изменением генотипа организма в отличие от случайного, характерного для естественного и искусственного мутагенеза. (Википедия) Можно сказать и проще – некий организм несет в себе чужой ген или гены.

Просто фантастика!
После того как в 1952 году Джеймсом Уотсоном и Фрэнсисом Криком была открыта двойная спираль ДНК, генетики вычислили, какие гены за что в ответе. В 1973-м ученые научились встраивать чужеродные гены в спирали других организмов. И если в реальной жизни скрестить волка с зайцем проблематично, то в генетическом моделировании можно создать и не таких монстров. Но, невзирая на теоретическую возможность скрещивания ежа и удава, никто не стал таким образом получать колючую проволоку. Генетики всего мира, как сговорившись, ограничились тремя генно-инженерными целями: создание генно-модифицированных организмов для фармакологии, то есть лекарств, а также видоизмененных растений и животных. 100 институтов только в России с успехом работают по всем трем направлениям.
Так как гены очень маленькие, неудивительно, что и применили новый метод впервые к микроорганизмам, а первым модифицированным продуктом стал спаситель «диабетической части» населения земли – инсулин. На сегодняшний день весь инсулин получается из ГМ-бактерий.
Овощные аптеки
Не все белки вырастают из бактерий, и ученым пришлось поломать голову и заняться выведением-выращиванием ГМ-растений и ГМ-животных, как бы зловеще это ни звучало. Для начала была выведена ГМ-овца, которая с молоком выделяет фермент химозин, используемый в производстве сыра. Раньше для получения необходимого количества этого фермента приходилось пускать под нож сотни ягнят. Сейчас ученые ломают голову над созданием генетически измененной курицы, которая будет нести яйца с протеинами, способными поражать раковые клетки человека. Сегодня этот вид протеина производится в ограниченных количествах, и затраты на его синтез достигают баснословных сумм.
Лекарства можно добывать с помощью мутантов не только фауны, но и флоры. К примеру, Иркутский институт биохимии растений может выращивать вакцины в форме трав, овощей и фруктов. Как утверждают авторы эксперимента, вакцины-овощи против гепатита А, В и даже против СПИДа прошли успешные испытания на животных. На очереди морковь, излечивающая клещевой энцефалит, и бананы от холеры. Воплощение проекта сулит безопасность и невысокую затратность производства. Но о внедрения растений-целителей в производство и медицину пока приходится только мечтать. Открыться овощным аптекам суждено не скоро – впереди еще годы испытаний.
Работают генетики и над выведением растений и животных, обладающих врожденным иммунитетом к болезням и другими полезными свойствами. В этом направлении уже трудятся не только генетики. Аналитики прикинули и решили, что это самое многообещающее направление науки и техники. Так оно и есть – к концу 2012 года от применения ГМ-технологий прогнозировалось получение дохода в триллион зеленых.
Сверхприбыли требуют и соответствующих вложений. Лидер по разработкам и внедрению ГМО в массы – США – каждый год отваливает генетикам по сотне миллиардов долларов. Для сравнения, в России на подобные исследования в 2011-м было потрачено 50 миллионов. Но, невзирая на трудности финансирования, отечественные генные лаборатории не простаивают, а продолжают взращивать генно-модифицированные фауну и флору, призванные обеспечить человечеству счастливое будущее.
Ген экономии
Но не у всех ГМ-продуктов будущее столь безоблачно, как хотелось бы. У лекарств, выработанных с помощью генных технологий, добрая слава и устойчивый спрос. Причем собственные ГМ-медикаменты в России появились совсем недавно, до этого все они приобретались за кордоном.
А вот с генетическими растениями ситуация складывается иначе. Ученые до сих пор не могут выяснить наверняка, насколько они безопасны для человеческого организма.
ГМ-растения могут решить продовольственную проблему в странах третьего мира, где, к примеру, рис является основным и часто единственным продуктом на столе. В частности, Швейцарская высшая техническая школа Цюриха вывела специальный вид риса с высоким содержанием бета-каротина (витамина А), железа и с устойчивым иммунитетом к проискам сорняков и вредителей. Но, к сожалению, сконструированные вершки и корешки пока могут отбиться лишь от одного вида насекомых или игнорировать определенный гербицид. Как, допустим, модифицированный картофель не подвергается нападению колорадского жука. ГМ-кукуруза или соя устойчивы к определенному гербициду, а значит, при опылении этим препаратом уничтожены будут только сорняки. Для справки: при классическом выращивании картошки применяют 8–10 видов инсектицидов, а чтобы защитить от сорняков сахарную свеклу, требуется почти 20 видов ядохимикатов. Экономический эффект от культивации ГМ-видов достигает 20% – за счет сохранения химических удобрений, в которых не будут испытывать нужды ГМ-корнеплоды. Обрабатывать посадки нужно в пять раз меньше; соответственно, уменьшаются и все сопутствующие затраты.
Выгода применения ГМ-растений очевидна. Сегодня такими культурами засеяно более 80 миллионов га земной поверхности – это как три территории Великобритании. Сейчас ГМ-растения выращивают 8 миллионов фермеров в 17 странах. В Европе разрешили к выращиванию несколько сортов ГМ-растений. В Индии и Китае внедрение генно-инженерных технологий официально объявлено приоритетом сельского хозяйства.
Если говорить о нашей родине, то здесь, как обычно, ситуация складывается парадоксальная. Хоть в России и зарегистрировано 15 видов ГМ-растений, разрешенных к применению в пищу, но ни один из них не выращивается. А попытки узаконить новые ГМ-сорта отклоняются по тем или иным причинам. ГМ-растения, которые предполагается выращивать на бескрайних российских просторах, подвергаются невероятно тщательному досмотру. ГМ-претендент проходит несколько этапов испытаний, рассмотрений и одобрений со стороны комиссий: Минпромнауки, Минздрава, Минприроды и Минсельхоза. Успешно пересечь все четыре круга пока не удалось ни одному новому виду ГМ-растения.
Смертельные помидоры
Но есть иная плоскость генетической спирали, ведь на то она и двойная. «Гринпис» бьет в барабаны и кричит в мегафон, что выращивание растений-мутантов грозит нарушением экобаланса. Та же самая трансгенная картошка влияет не только на колорадского жука. При обязательной обработке глисофатом ГМ-картофель накапливает его в себе и становится носителем канцерогена, вызывающего лимфому. Или другой аргумент: коммуникабельные ГМ-растения скрещиваются с обычными, и сорняки того же подвида (например, ГМ-кукуруза передала гены обычной дикой кукурузе, которая, по сути, является сорняком) становятся невосприимчивыми к гербицидам. Страшно представить последствия стихийного, неконтролируемого распространения таких культур в окружающей среде: суперсорняк, справиться с которым невозможно. И вот еще один сюжет из фэнтезийной литературы прошлого века: ГМ-помидоры. Хладнокровные рыбы Ледовитого океана одолжили свои гены семейству пасленовых, чтобы сделать его более устойчивыми к заморозкам. «И все бы хорошо, да что-то нехорошо» (А. Гайдар): тем, у кого аллергия на рыбу, теперь надо «держать язык востро». Томаты могут вас убить!
«ГМясо»
Теперь вопрос: а что же мы покупаем в мясо-колбасных отделах? Можно с уверенностью сказать, что все как один производители мясной продукции так или иначе используют в своих изделиях ГМО. Потребительские организации подсчитали, что в наших магазинах имеют место быть 52 продукта, содержащих более 5% ГМО. И в первую очередь это мясные продукты – сосиски и вареная колбаса, содержащие порой более 80% трансгенной сои. Кто-то возразит: «Позвольте, я сам лично покупаю колбасу, на которой написано – “не содержит ГМО”. Она дорогая, но не в пример вкуснее соевых полуфабрикатов». Согласен, если бы мы ели только то, что выращиваем сами, было бы ясно: ГМ-продукты мы не употребляем. Но российский крестьянин не в состоянии вырастить необходимое количество белка для кормления фермерской скотины.
– Сразу скажу, мяса в Башкортостане мало. Только в прошлом году отрасль животноводства показала прибыль, но это благодаря дотациям государства. А вообще ежегодно с мяса наше хозяйство, например, имеет полтора миллиона убытков, – признался директор фермерского хозяйства «Артемида» Евгений Пожидаев.
Вот и приходится закупать на Западе либо ГМ-комбикорм, либо мясо животных, выращенных на этом фураже. И выходит, что бедро российской коровы не отличается от ляжки американской буренки, взросшей на ГМ-кормах. Разница лишь в том, под каким соусом преподносятся бифштексы.
Согласно данным добровольной регистрации в специальном реестре продуктов, импортируемых из-за рубежа, всего в России зарегистрировано более 120 наименований продуктов с ГМО, а это более 500 тысяч тонн всевозможных «мутагенов».
Гневно-модифицированная информация
Невзирая на грозные предостережения, сторонники ГМ-новаций не сдают позиций и твердят, что по сей день еще не было случая, подтверждающего опасность ГМ-продуктов. К примеру, в Соединенных Штатах, которые лидируют в производстве и потреблении ГМ-продуктов и где так любят обогащаться через суды, не было вчинено ни одного иска корпорациям, производящим ГМ-продукты. (Известен случай, когда генная технология, использованная при приготовлении лекарства – снотворного «Эл-триптофан», привела в США к смерти нескольких десятков человек и еще большее число обрекла на инвалидность. Производившая их компания, чтобы не допустить скандала, без лишнего шума выплатила пострадавшим компенсацию в два миллиарда долларов.)
Мало того, компании по производству ГМО предлагают премию в 100 тысяч долларов тому, кто научно обоснует вредоносность ГМ-культур. Пока претендентов на приз нет. Вопрос об ущербе окружающей среде, наносимом ГМ-растениями, тоже гиперболизирован. В тех же США после внедрения в производство ГМ-продуктов сельское хозяйство снизило планку использования пестицидов до уровня 1939 года. Этим фактом приверженцы ГМО объясняют проблему раздуваемой неприязни к модифицированному продовольствию. Если ГМ-растение сокращает использование удобрений, то такое растение не нужно в первую очередь производителям пестицидов. А деньги в ядохимикатном бизнесе крутятся немалые. Так, крупнейший в России производитель пестицидов в год осваивает более 80 миллионов долларов. Пролоббировать кампанию против ГМО значительно дешевле, чем менять профиль производства. Тут просматривается прямая аналогия с политикой автоконцернов: и дышащему на ладан российскому автопрому, и твердо стоящему на ногах Mersedes одинаково невыгодно появление принципиально нового автомобиля, каким бы экономным и экологически чистым он ни был. Появление такого авто повлечет за собой сворачивание и переделку отработанного конвейера. А кому это надо?
Новое всегда встречается настороженно, но если потребитель им доволен, то о возможной угрозе уже не говорится. Сейчас никто не собирается отказываться от своего мобильного, хотя сколько говорилось о доказанном нездоровом воздействии сотовых телефонов на мозг? Вредность ГМО пока недоказуема, их использование выгодно промышленникам и фермерам, но не конкретному покупателю в магазине. И при грамотной PR-кампании население легко настроить на пугало трансгенных продуктов.
Резюмируя вышеизложенное, можно сказать, что страшиться ГМО не стоит, но и кумира творить нужды нет. Данное достижение следует воспринимать как эволюцию биотехнологии, со всеми плюсами и минусами.
Марат ТЕРЕГУЛОВ