Чудеса в декабре. Часть шестая

Глава 6 «Танец с тенью»

После обеда Ольховый домик затих. Мастер изучал окрестности горного приюта, туман всё ещё не позволял покинуть его пределы. Олег и Мари тоже пошли прогуляться. Ника уютно устроилась в кресле у камина и задремала.

– Принцесса, просыпайся! У меня много новостей! – разбудил её встревоженный голос Кадия.

Девочка открыла глаза, потянулась и прошептала:

– Вернулся... А я тебя потеряла.

Дух скрипки рассказал своему юному другу всё то, что услышал от ледяного зеркала. По мере рассказа в глазах Ники нарастала тревога. Кадий сам был так взволнован, что не сразу это заметил. А когда заметил, было уже поздно, глаза девочки были полны слёз.

– Вот я старый дурак! – воскликнул он, – Вывалил всё на ребёнка!

– Я не ребёнок! – прошептала обижено Вероника и вытерла глаза, – Что будем делать, дядя Кадий?

– Позвольте вам помочь! – раздался тихий, скрипучий голос.

Ника и Кадий удивлённо оглянулись по сторонам, но в зале никого кроме них не было.

– Я здесь, в камине. – вновь послышался незнакомый голос.
Они посмотрели на камин и увидели весело подмигивающие им, языки пламени.

– Вы что-нибудь слышали об очищающей силе огня? – продолжило свой монолог пламя. – Если вы принесёте мне бумажный амулет с чёрными каракулями Шурале, пожалуй, я разрушу то проклятие безволия, что он наложил на израненное сердце скрипичного мастера.

Ника, не говоря ни слова, быстро поднялась наверх и так же быстро спустилась, неся небольшой кусочек папируса, выпавшего из книги Антона. Решительно открыла стеклянную дверцу камина.

– Стой, стой! Не торопись! – взмолилось пламя. – Для начала ты должна написать покаянное письмо, т.е. встретиться со своей тенью. Затем закрепить своё раскаяние живительной влагой, завернуть в него папирус и попросить дух огня превратить в пепел деяния прошлого. И только после этого сжечь.

– Как сложно... – вздохнула девочка. – А как связаны письмо и моя тень? – спросила Ника, глядя на тень, отбрасываемую её вытянутыми вперёд руками.

– Страхи, сомнения, осуждения, гнев – это наши внутренние тени, которые ломают и сжимают нашу реальность, делая нас порой несчастными. Есть ли у тебя такие, юное создание? – затрещал огонь.

– Есть. – вздохнула Ника и пошла писать письмо за обеденный стол.

Пламя и Кадий с любопытством наблюдали за театром эмоций и чувств, бушевавших на нежном, детском личике. Сначала Ника сидела неподвижно, как будто застыла. Потом её лицо вспыхнуло радостью: «Нашла!», – и тут же стало суровым, осуждающим, грустным и наконец из её глаз потекли слёзы, слёзы раскаяния и освобождения от чего-то гнетущего и тяжёлого. Её губы что-то беззвучно шептали, а маленькие, тоненькие пальчики старательно выводили буквы на тетрадном листке.

– Бедное дитя! – поделился своими мыслями Кадий.

– Чистая и сильная душа. – возразило пламя.

Через час письменных потуг Ника встала и поднесла свои каракули Кадию и огню: «Читайте...» – тихо вздохнув, сказала девочка. Она была спокойна и задумчива, но не грустна. Казалось, что из её глаз струится мягкий свет, полный любви и принятия.

Продолжение следует…