Все новости
ПРОЗА
7 Декабря 2019, 18:44

Путешествие из Эн. в Н., туда и обратно, или Небо в Цветочек

Акан ТРОЯНСКИЙ Часть двадцать четвёртая МАМАЮРЫ — Я сперва думал, ты мама Юры, — доверительно подходит ко мне взюзелинку пьяненький Квадратно-Гнездовой. он снова сменил костюм, но все так же, как в первый и второй день, по-европейски стильно клетчат, добротно-основателен, ухожен, кубичен, устойчив и прекрасен. от него пахнет Европой, её стилем, духом, культурой, манерами…

— А потом смотрю, да вроде нет, по возрасту не подходишь… ну и вообще, — ласково улыбается он. — Но опекаешь ты его реально как сына.
— Не любовника?
— Вы не любовники.
— Так заметно?
— Ага.
— Только тебе или всем?
— Не знаю. У меня гейдар на вас срабатывает как на отдельных. Может сбоит. На тебя вообще звенеть не должен.
— Почему?
— Не должен, и все. А сколько тебе лет, если не секрет?
— Тридцать восемь. По возрасту как раз подхожу.
— Офигеть… мне двадцать семь, а я выгляжу старше тебя…
— Никому не говори. А то у Прощина с Богатовым инфаркт случится в юны годы… они так форсили передо мной своими возрастАми и профессионально/жизненным опытом…
— Хотел бы я в тридцать восемь выглядеть, как ты сейчас… — задумчиво тянет размечтавшийся Квадратно-Гнездовой
— Как мама Юры? — не могу удержаться и не ввернуть шпильку.
— Тьфу-тьфу-тьфу! — обиженным ребенком шарахается от меня Шальная Императрица и тает в ночи.
вот и зачем было кусать ласкового малыша?... он же не со зла…
ЗАГАДКА
в дверях со стороны холльчика появляется мисуров. проводили, значит… у него немножко шкодливый и немножко застенчивый вид, и смотрит он на меня хотя и улыбаясь, но чуть-чуть искоса, оценивая. это тот самый опасливо-восхищенный взгляд, с которым котенок бочком подкрадывается к тени бабочки на стене веранды… и этот особый мисуровский взгляд я весь вечер то и дело ощущаю на себе.
может, ему неловко за заложников и хостел?...
мисуров подходит-подкрадывается поближе, ласковый, дружелюбный, опасливый, милый и беззащитный просто до невозможности.
проводили, застенчиво говорит он, мне тоже пора… и смотрит… смотрит зачарованно… и ждет чего-то… спасибо, что приютил, приятно было познакомиться поближе, говорю я и улыбаюсь. это легко. мусурову вообще легко улыбаться. мы говорим впервые за все время гостевания. не считая формальных приветствий. это так странно… раньше мы только улыбались друг другу. и вот прощаемся. а слов нет. есть только улыбки и приятное, тонкое, полупрозрачное, как вечерний аромат зацветающей вишни, единственной пока на всю улицу, впечатление друг о друге… которое словами не выразишь даже… слова слишком грубы…
аромат можно описать. но нельзя передать воспоминание напрямую, и нельзя сподвигнуть читателя почувствовать его — если в памяти нет этой вишни, и прохладных сумерек, и практически деревенской улицы-сада, и того самого, одного-единственного в мире аромата.
Мисуров начинает разворачиваться, чтобы уйти, но внезапно решается сделать то, что давно хотел. котенок наконец перестает переступать лапками, потешно шевеля хвостиком и примериваясь. котенок наконец набирается отваги и неумело, но решительно прыгает.
с какой то восторженной, восхищенной, застенчивой и одновременно мягкой детской улыбкой мисуров протягивает руку, гладит меня по выбритой голове рядом с ирокезом — там, где стоит свежий и еще бархатный на ощупь миллиметровый щетинистый ворс, — и убегает.
и вот что это было?...
что-то невероятно милое, приятное, забавное, но — ЧТО?
и вообще, это он меня погладил или потрогал?
МЕЛЬНИЦА
юра где то внутри редеющей толпы. мне скучно, я кручу цепь, отрабатывая мельницу и полностью перекрывая проход в соль.
ты не пройдешь! гудит цепь. ты не пройдешь.
все кто хотят войти и выйти, сперва устанавливают со мной зрительный контакт. а если я работаю закрыв глаза, долго кашляют.
но чукча не швейцар, чукча мельник, чукча может впустить а может не впустить, а может вообще уйти.
чукча просто мимоходящий скучающий великан. шел-гулял, нашел цепь, остановился тут, цепь покрутить-попробовать. хотите, платите дань, хотите – ждите пока сам уйдет. рано или поздно ему надоест. если данью сами не прикормите.
можете и подраться предложить. великаны любят драться. особенно скучающие.
чем ближе к полночи тем холодней вода. сколько поэтов убывает, столько прибывает пришлых. вкус фестивального компота ощутимо меняется, а после часу пополуночи сходит на нет. админ морщится. Соль выкуплена Прощиным с условием, что до полуночи это частная вечеринка, а с полуночи вход открыт кому приспичит. если не успеют закрыть.
и админ не успел.
ИСХОД ПОЭТОВ
пока чукча вода пил, в соль под видом поэтов пробралась группа захвата земель. нагло, мимо объявления о частной вечеринке. и теперь их не выгнать, правило такое. толерантное. раз пролез — туси, пока не упадешь. пролезли — админский косяк. бди, админ, не спи, не щёлкай. а то до утра спать не будешь…
админ недобдил. и еще, и еще… и вот уже стройными рядами потянулись на солончак-лизунец типичные зомболоси, в принципе не реагирующие на табличку.
под их копытами зыбкая пьяно-интеллигентная среда необратимо меняется на чавкающую пьяно-обывательскую, затем где-то что-то кораблекрушится, и на просолённые скалы выбрасывает толпу проспиртованных французов, которые включают караоке и начинают с увлечением учить русский язык, исполняя «Мурку» и «Ой мороз-мороз», пока их менее развитые и потому не склонные к языкам сородичи выкладывают эротические композиции из двух уснувших, складированных на диван но еще не этапированных по домам поэтов и грустной подвявшей розочки.
петь им не дано (микрофон один!). и они веселятся как могут.
отгоняю шантрапу от спящих товарищей. но расплетать руки и ноги не берусь.
админ саша занят. он нервно вызванивает таксомотор. он досадливо трясет головой, когда я спрашиваю как нам спать в этом бардаке типа бедламобастилия. лезьте говорит, наверх и там спите. я этих выгоню часа через два, соль закрою а утром приду и выпущу вас. или можно пока оставить их тут, они уйдут а дверь останется открытой…
наивный. он хочет спать...
мне это не подходит. я уже видел, что они делают со спящими и беззащитными. спать, пока они здесь? спать в открытом помещении куда может зайти ТАКОЕ?.. нет.
закрыть нас и уйти — тоже нет.
к шести утра он точно не приедет. в лучшем случае к обеду. и мы останемся в НИЖНИИ еще на сутки. а если он не придет? а завтра выходной? а у меня клаустрофобия. и решеткофобия. и озверевший к утру от голода цепной жрун. и проспиртованный птенец без спирта. и защита курсовика в понедельник.. я тут окна повышибаю. так что никуда вы, саша, не пойдете.
эту ночь мы проведем вместе. здесь и сейчас. под караоке, вопли и смесь французского с нижегородским.
я те покажу, что такое средневековье
ты раз и навсегда научишься бдить свой замок.
Опубликовано в авторской редакции
Продолжение следует...
Часть двадцать третья
Часть двадцать вторая