«Это весна. Это мартомай». Часть первая

вот «Зеркало» и «Квартира 39»

Погода чудная, на улице капель,

я переписываюсь с Лингарель…

Я уточняю – Линдарель.

Она художник слова, она и рукопись, и полотно

такое яркое по жизни,

и проявлению себя,

как живописный арт-объект.

Чудесная девушка Линдарель

мне присылает стих.

Я говорю – тогда, наверное, уместней Лингварель,

как рисование словами,

в созвучности от акварель

Она смеётся в трубку телефона,

в реале с нею не знакомы.

И вот уже лежат стихов

десятка два с лишком

и ярких фото вереница:

на них как радуга-зарница-красавица-девица.

И это так чудесно –

накануне 8 марта –

на сайте нашем поэтесса.

Звездочка соцсетей: https://vk.com/lindarel

Попыталась уточнить – так поэтесса или прозаик? Мне ответили, что в Литинститут поступала на поэзию, а потом перевелась на прозу и закончила в 2021 году. Итак, у нас подборка стихотворений от Линдарель – Ирины Кусакиной, девушки из Челябинска.

«Там 35 стихотворений получилось... Надеюсь хоть что-то подойдёт под формат...»

Lindarel, у поэзии нет формата, если Богом дано таланта. Хотя у изданий, конечно же, есть направление, и литературное-культурное издание сайт газеты «Истоки» решило познакомить читателей с автором «весеннего катрена».

Галарина Ефремова

*  *  *

Я ещё не готова писать про тебя

О тебе. Я боюсь. Я – трусиха

Лишь при встрече – касаюсь губами виска

И пускаю слезу, когда в воздухе множится лихо

Ты не мой. Ты – ничей. И на сердце у каждого хмарь

И судьба одиночки – ни вправо, ни влево

Тут по ходу уже отзвонил пономарь –

Нам не бросить утятам подсохшего хлеба...

Я лелею свою подгнивающей правды зарю

Ты устал. Изжились ли? Не знаю, не знаю...

У тебя теперь – я. Как могу – я держу.

Каждый раз твои сны до полуночи благословляю.

Не люблю. Ты же знаешь – уже не умею всего,

Не зажгусь. Да и прошлое слишком сломало.

Ты, пожалуйста, только запомни одно –

Жизнь с колен ещё не таких поднимала...

29.05.2019

*  *  *

Мой не написанный Букер

Не завоеванный Оскар...

*  *  *

Я хочу, просыпаясь, знать, что они как вишни...

——————

Опять накрывает жаркая волна терпких, как 85% шоколад, воспоминаний. И вроде бы уже успокоилась/ну, как, почти. Или нет? И вроде бы почти... смирилась, что ли. Я и мои 40 кошек. Действительно. Пусть лучше так. Никто никому ничего не должен. И никаких срывов. И никакой кармы. Вообще ничего.

И этот чертов коньяк с вишневым соком...

– Пробовал?

– Нет. А это вкусно?

– Ну, такое...

Какая-то беспечность была тогда в наших, таких взрослых поступках. Мы не думали – а что будет после? Мы жили этим мгновением здесь и сейчас, и это было самое ценное, что было у нас на тот момент. Я как-то сама очень быстро одурела от всего происходящего и мне не верилось, что все это происходит со мной. Эти такие недолгие моменты, такие, казалось бы, крохотные моменты, по сравнению с вечностью, я была счастлива. Вот правда. Их было немного. Но когда не стало – я начала вспоминать. И смаковать каждую минуту, проведённую с тобой. И тогда казалось, что так будет всегда. Ну, или просто хотелось в это верить. Не смотря на то, что я вся такая «поперешная». И вот я нанизываю, сижу, эти бусинки каждый вечер, бусинка-воспоминание, и каждая из них заласкана уже, округла, приятна на ощупь, уже такая родная...

И пахнут они деревом, табаком и кожей. И цвет у них – такое сочное бордо. Почти чёрные.

Моя память меня же и погубит. Я могу с точностью описать момент, который мне дорог, но напрочь забыть дорогу к твоему дому...

В такие минуты я понимаю, что начинаю стареть. Будто все это было не со мной. А если и со мной – то в прошлой жизни.

Я положу эти бусы в самую красивую коробку. И уберу глубоко-глубоко. В самую дальнюю нишу, где хранится все самое близкое. Только иногда буду доставать. Смотреть. Перебирать, как те чётки и ценить. Ценить то, что имею. И беречь тех, кого даёт мне судьба.

*  *  *

Друг мой, мы оба попали под лед,

Я же совсем слепа и не умею плавать...

Как же нелепо, что жизнь нашу заберет

Сумасшедше-лихой и весенний паводок.

Службы молчат и тяжела вода,

Трудно дышать, голос осип от крика...

Нам друг друга не вытянуть даже через года

Жизнью перерожденного монолита.

Люди на берегу прыгают в суете,

Машут руками, они уже просто точки!

Мысли стоп-кадрами крутятся в голове

И открывают воспоминаний замочки.

Мы отдаляемся. Вот и не слышно слов,

Руки осели от тяжести, грязи и хляби...

Льдины встают, дорога зовет, где кров

На ПМЖ, и платить за него не надо...

Или останемся? Руку давай, тяну!

Вот нам кидают трос! Думала, что забыли...

Милый мой друг! Мы не пойдем ко дну

Мы на земле еще этой не долюбили...

*  *  *

А, может, и ты сейчас где-то

Пьешь обжигающий чай.

Задумчиво смотришь в окно,

Потушив сигарету.

Ах, черт, ты же бросил...

Ладошкой помашет лето,

И терпкий, как молочай,

С размаху, как в домино

Взгляд разодетый –

Уйдет без обрата в осень.

А люди цедят вино

И смотрят на телефон.

Который всегда молчит,

Особенно в выходные.

И след позабыт давно,

И вьюгами заметён.

Да ладно, переболит

Колючками-запятыми...

Ведь даже не километр –

Всего то – пара шажков,

А так далеко, что порой,

Завыть бы, да не умею.

И пепельница-пистолет

Освободит от оков,

И словно снежинок рой

Стоит бутылей батарея.

Узоры на старом ковре

Уже превратились в мрак.

И запах меда вокруг,

И близится снова утро.

И не написать тебе,

И не позвонить просто так.

Ведь ты мне даже не друг.

И на душе паскудно.

А кот зевает в темно,

Я мою улыбку твою.

И лишь от нее – в тепле

Воспоминанием Огнен...

А люди глушат вино –

"Я тебя не люблю".

И дрогнет голос на "не"

А на "люблю" – не дрогнет.

*  *  *

Коснуться губами губ

Словно легкую, невесомую ткань объять

Обнять мелодику нервов и водосточных труб

Задеть, затронуть, взглянуть, достать!

Глагольно сжечь за собой все

Пусть горит, как пылают все те мосты

Идея фикс распаляет мое нутро

Лучше б не знать. Не видеть. Не думать! Ты

Забираешь строчки. Песок-вода

Перетекает в замыслы о тебе

Личное местоимение единственного числа

Пишется вилами по воде

Это весна. Это мартомай.

Недоапрель. А в глазах – зима.

*  *  *

Поколение виски и жженого сахара! –

Да. Куда же мы катимся и на кой?

В термокружках кофе,

В заметках цитаты Ахматовой,

Вечерами дома беззвучный вой...

Все спешим, суетимся и прячем шкатулочки

Своих искренних взглядов и чувств забытьи.

В Петербурге снежком заметенные улочки –

А в Москве снова труп в подворотне нашли.

Внутривенная вяжущая оскомина –

Огонек одиноко сигналит в ночи:

Это ты со мной, моногамная Родина,

Это я тебя навек разлучил –

С доминошниками в пьяной заутрене,

С расплескавшимся молоком,

С запотевшим окном, где, как-будто бы,

Выводил я слова отрезным ноготком.

И смотрел, и лелеял, плевался, куражился –

Все никак не сбирал свою волю в кулак! –

...я холодный, как сталь. Мы – больны. И мы – кажемся.

Я в не нашей стране, как затертый партак.

*  *  *

Я устала людям открывать всю душу.

Ты же изначально никому не нужен!

Никому? Не правда! Не включай ответку!

Вот – тобой играют...

Радуйся же, детка!

Расчленили тело,

Выломали руки,

Душу растоптали

Просто так. От скуки.

Плюнули, размазав,

А потом по слухам

Мерзостью жужжИтся

Как комар над ухом.

Ночью гасят свечи.

Ночью небо хмУро.

Ночью неподвластны

Прихоти аллюра.

ЗАвязь в тонкой жилке

НЕхотя взИмает.

Знаете, как больно

Внутренность ломает?

*  *  *

Придёт сентябрь…

И днями снова дни считаю

По вечерам тетрадь свою листаю

Ночами не спеша овец считаю

Так нелегко уснуть…

Пока своих друзей всех вспоминаю

Врагов, скрипя душой, благословляю

Тихонько свою память выпрямляю –

Поглубже бы копнуть…

Придёт сентябрь…

Я стала часто думать о погоде

В моей душе, об аде, рае, Боге,

О жизненной моей дороге…

Я не хочу болеть!

Когда, промокнув, станут мёрзнуть ноги

И ты стоишь, прищурясь на пороге,

Тебе скажу, забыв о несвободе,

Как здорово взлететь!

Придёт сентябрь…

Я попрошу его о счастье

Всем дорогим мне людям, а ненастье

Пусть мой покинет дом, с тобой пропасть бы

Вдвоём, как в те былые времена…

Раскачиваясь, небо словно хлястик

Падёт на нас, разбившись о напасти

Обрушится своей водой и сластью

О, слов моя нелепая игра!

Придёт сентябрь…

Я всё же очень долго буду думать

И захочу скорее даже плюнуть

На ту зелёную тоску, со звуком дунуть,

И позабыть, что есть такая «Я»!

Те зёрна, что даёшь, придётся склюнуть

Тебе в ответ любовь мою просунуть

Нам на досуге надо бы подумать

Что я на свете, всё же не одна…

Пришёл сентябрь…

Я

Продается душа.

Однокомнатная.

В собственности.

До 25-го мне расти и расти...

Поэтому 4 этаж.

Я курю неспеша. А на темени тьма заоконная

Подмести, и задвинуть свой эпатаж...

Мне все кажется, что до меня уже просто все сказано

Все уплачено. Все же пропито. Ну, а вдруг...

Губы ниткою черною сшиты-завязаны

Я уже не кричу. Только пусто вокруг.

Теплый джин, ни звонка и июньское марево

И болит переносица, и синеет рука

Я хочу на сегодня забыть все то *намертво*

Навсегда забыть. Навсегда...

*  *  *

Я хочу, засыпая, знать, что они – как вишни.

Мне просто необходимо, прикрывая глаза, слышать,

Как осень мне шепчет пароли и имена,

А я вся такая – не сломленная скала!

И не просыпаться ночами в дождливый блуд,

И утром не наливать мимо кружки кофе.

Я знаю, меня вокруг пальца опять обведут

Глаза твои в нескончаемый полупрофиль.

Я целыми днями выкашливаю хандру.

Считаю минуты. И стала любить вокзалы.

...И знаешь, даже если я пропаду,

Мы сможем всегда все начать сначала.

*  *  *

Может просто осень пришла

Небо набухло, трава заржавела, в полях туман

Я .... проспала.

Сегодняшний утренник.

Свет, сигареты, спички, ключи – в карман.

Не сработал, сломался маятник внутренний.

И по воде скользить,

прогибаться от капель за шиворот –

Поглядывать на часы, светофор улыбается выдернутый

Будто бы из моего сна. А там-мозга весна.

Мы все каждый в своем дожде. С дождями выдожденны,

Вымучены. Слезами по уши залиты

И просто терпеть вынужденны

Эти тоскливые водные монолиты.

*  *  *

Я пережила Веню, Курта и Есенина

Имея отметины на левой и правой руке.

Если я в алкоголе буду искать спасения,

Какое место уже уготовано мне?

Если я думаю о сигарете,

И зубы сводит, когда неотрывно смотрю на дым,

Если я вспоминаю о стройном, горячем теле,

Которое никогда не будет моим?

А в парках скамейки уже ожили,

Линии с прошлой зимы обнажив,

И какой-то незнакомый художник

Рассказал мне наше будущее,

Сам того не замечая, поменяв эм на джи.

____________________________________

Давай поиграем в слова. Ты будешь муж – я жена.

И вот так – как всегда. С гуся вода.

Шиворот навыворот, наоборот,

Задом-наперед, читай, кот – обормот!

Мой полиглот! Никто не разберет…

И покатились слова, как рассыпанные желтые витаминки,

Нервно подпрыгивая на ответных репликах.

Закурить бы, да нет волынки,

Чтобы затянуть старую песнь. Все тлен и впотьмах.

И все-таки, я ищу в алкоголе спасение.

Хоть и не выход это, да знаю-знаю.

У меня теперь новое увлечение –

Я рифмы, давно заколоченные, из себя извлекаю…

*  *  *

Просыпаешься в 5 утра не от звонка будильника, а от мысли – Господи, только не сейчас!

Открываешь ленту – а там, словно рыба из холодильника

Улыбаются 90-е, прикрывая подбитый глаз...

Дождь измолотил подоконники, разбередил душу, подарил тоску

Как же больно, что в стране не перевелись дальтоники

Которые не видят действительность, но верят последнему свистку.

Вот так начитаешься, наслушаешься, насмотришься

Вспомнишь как было, напишешь свое...

А потом душной ночью память-надсмотрщица

Из угла в угол полощет, словно белье.

Каплями рвет, обжигая, как лезвие

Ржавое, старое и тупое

Что? Психотропы? Они дело сделали. –

Не помогают. И даже спиртное....

Лучше бы я родилась при царях

Иль слушала Моцарта в пустых кулуарах

Чем вспоминать свои жизни в политических лагерях

Закованных в перестройку нелепых кошмаров.

15.08.2017

*  *  *

Не ждала и не гадала

Не шептала, не молила

Свой кусок наполовину

Так и хочется раздать

Не желала, не рыдала

Не чесала, не мотала

Не кричала ветром в спину

Трехэтажну благодать,

Размахнулись руки в боки

И стремянки лезут в небо

Там алмазные дороги –

Далеко тебя видать!

И глаза не одиноки

Тут ты был, а там ты не был

Слезы, грезы, стих и проза –

Я иду тебя искать!

08.08.17

*  *  *

Небо словно гуашь,

И дрожит тишина,

Как умытая тень

Прошлогодней листвы с проседью.

Блекло-серым размажь

Переулки, дома,

Наведи свето-звень,

Доставая зонты для осени.

И закаплет вчера,

И закружит потом,

Одевая улыбки

В орнамент вечерне-закатный.

Глухота во дворах

Отзовется тон в тон

Переливчато-зыбким

Настроением мира заплатным.

Окончание следует...

Стилистика, орфография и пунктуация авторские.

Подготовила Галарина Ефремова