Все новости
ПОЭЗИЯ
17 Апреля 2020, 20:00

В столице ведь живём!

Эрика ДУСЕЕВА – уфимка, студентка БГУ. Юный, чистый, звонкий голос. От избытка этих свойств и стихи её – весёлые и даже с юмором. Некоторая наивность совсем их не портит. Песни опыта, если придут, то – позже. А пока – Эрика то от женского, то от мужского грамматического рода пишет с одинаковым задором, немало этим не смущаясь.

Так, например, в стихотворении «Полотенце» она разыгрывает сценку с мужской ролью и от первого лица. Получается весело, свежо. По правде сказать, только в одном четверостишии автор выступает от лица девушки. Сегодня стихи её – прекрасные, юношеские и как будто бесполые, что, разумеется, их ничуть не портит. Мальчишество в девушке по-своему симпатично. Да и кто станет всерьёз отделять девичество от отрочества? Да и для чего бы?
Анна Ахматова писала когда-то: «Я научила женщин говорить, / Но, Боже, как их замолчать заставить!» Похоже, нашему времени выпало испытание не менее трудное. Некоторые женщины сегодня вдруг заговорили каким-то металлическим, не то чтобы мужским голосом, но как бы от гражданского только, даже юридического лица и без какого-либо при этом девического, не говоря уже женского, обаяния. Этот голос так и остаётся каким-то абстрактно-правовым. Но ни до мужской, ни до женской личностной (человеческой) сущности этого голоса дело как-то так часто и не доходит. Остаётся некий претенциозный, не заполняемый человеческим содержанием, зазор между мужским и женским взаимопониманием – как между людьми, так и внутри одного человека (состоящего из двух начал, мужского и женского). До гармонического слияния противоположностей отношения эти часто не дотягивают, увы. Такие феминно-мускулинные крайности... Это очень досадно, потому как в нелепой ситуации, где невежливо спутаны элементарные людские роли (не говоря о более глубоких чувствах) в отношениях (речь идёт не о равных правах, скорее о неполном праве), и поделать-то ничего нельзя, кроме как разделить прискорбно общий ситуативный конфуз. Ну, или – не разделить. Когда иные фемины загодя винят во всём противоположный пол (как и противное обратное пренебрежение в ответ или тоже заранее). За всем этим стоит, конечно, боль и насилие. Но для поэзии одних этих чувств недостаточно. Нужно надеяться, что в русской литературе, где уже были Ахматова, Цветаева, Ахмадуллина – поэтессы с полнотою всех человеческих чувств не переведутся. Это грозило бы оскудением нашему роду человеческому. Думается, что талант Эрики, возмужав, явится перед читателем розой (белой, красной), полевой лилией или кувшинкой. Или другим каким-нибудь растением – по усмотрению дарования самой Эрики и Провидения.
Алексей КРИВОШЕЕВ
Однажды шёл старик домой…
Однажды шёл старик домой.
Устал, сказал: «Уф, а!».
Сейчас то место – город мой,
Красавица-Уфа.
Она стоит, где семь холмов,
Где неба чистый свод,
Где Агидель для берегов
И день, и ночь поёт.
Зелёный край! Растут цветы,
Играет ветерок.
Зимой горят у ёлки льды,
Людьми забит каток.
С подругой начинаем спор:
Куда пойти гулять?
Аллея, парк, Гостиный двор –
Как сложно выбирать!
А с каждым днём всё веселей!
В столице ведь живём!
Заглянем в театр и в музей,
Потом в кино пойдём.
Как после дождика грибы,
Растут везде дома.
Опять идёт ремонт трубы.
Вот новая корчма.
Шаверма наша – благодать!
Творение богов!
И душу за неё отдать
Любой студент готов.
Все остановки назовёт
Прогресса чёткий глас!
Уфа час от часу растёт
И удивляет нас!
Люблю Уфу за теплоту!
Гори и пой, курай!
Храни свой блеск и красоту!
Цвети, родимый край!
* * *
След не помнят клубки дорог,
Ну, а я забывать не смею,
Как мосты за собою сжёг,
Как за силой ушёл ты к Змею.
Я поклялся тебя вернуть,
Пусть насильно и против воли!
Я уверен, что этот путь,
Приведёт тебя только к боли.
Если б знал ты, как трудно мне!
Задушил меня взгляд твой чёрный!
В нём былое горит в огне,
Он как лёд голубой холодный.
Фразы колкие, хмурый вид,
Твоё имя – тоска, досада!
Сердце всё по тебе болит!
Ты мне ближе родного брата!
Я бы смерть разделил с тобой!
Я б не дал тебе жить во мраке!
Ты давно стал моей мечтой,
Поважнее, чем стать хокаге.
Даже если погибну вдруг,
То смиренно умру в надежде,
Что ты снова, мой лучший друг,
Будешь точно таким, как прежде.
Спич о куличе
Покупаю я кулич,
Затевают дерзкий спич:
– Вот скажите, продавщица,
Вам возможно изловчиться:
Мне продать одну верхушку,
А остаток – вы в кормушку.
– Что такое?! – закричала.
Я на это отвечала.
– Продавщица, я устала
Переплачивать вдвойне.
Всё равно верхушка – мне.
То, что ниже, засыхает.
И никто не доедает...
Продавщицу – убедила.
Мне верхушку та пробила.
Клятва
Мой отец твердил мне с детства:
«Женщин, сына, бить нельзя!
А не то – не дам наследства!»
И ему поклялся я.
В тридцать лет решил жениться.
И спорт-кар себе купил.
– Дорогой, дай прокатиться?
Что поделать? Разрешил.
Сразу в столб жена вписалась.
Щёки у неё как снег.
Пожурил её я малость.
К крайним мерам не прибег.
На жену не поднял руку!
Не забыл я клятвы той!
Снял отец парик и юбку
И сказал: «Горжусь тобой!»
Юмористические
Латынь сдавали мы весною.
Читал я на зачёт стихи.
И демон, что был призван мною,
Шепнул мне на ухо: «Почти...»
* * *
Я побывала на свадьбе татарской.
Там тамада начал жёстко шутить.
Шутки понять не смогла без подсказки:
«Сложно вам русские сабы включить?»
Полотенце
Стою на балконе в чём мать родила:
Сползло по ногам полотенце.
Соседка моя, что напротив жила,
Меня назвала извращенцем.
* * *
Вот и всё! Привет, свобода!
В потолок пойду плевать
Я – ленивый воевода,
Мой скакун – моя кровать!
* * *
Ждёт нас мозговая экзекуция,
Потому что завтра атрибуция.
Мы свою проверим интуицию.
Будет сложно – вызову полицию.
* * *
Передо мной два стула, брати:
Я вынужден курсач писати
И много кирпичей прочесть.
Но как на оба мне присесть?
Будни
Я еду утром в пазике вонючем.
Кричит водила: «Есть на БГУ?»
Ему на выходе скажу: «Спасибо, кучер».
И молча к универу поползу.
Подготовили для печати Алексей Кривошеев и Владислав Бурухин