Все новости
ЗАБОР
16 Марта , 15:28

Бедняжка Николь Кидман, или Сон № 5

Замешательство возникает обычно по утрам. Как же, проснулся, а что за сон прохаживался, клубился в голове? – хоть убейте, не помню. Будто кто моментально нажал на выключатель, тумблер. И усиливается как крещендо недовольство. Внутреннее сближение-отдаление реальности от нереальности. Был же там, а теперь щурюсь от обилия утреннего солнечного нашествия, влезающего прямо в окно. Пора вставать с ложа, с постельки.

Сон – нечто коллаборационистическое, предательское, не желающее соприкасаться с настоящим, обыденным. Он в своей гиперболе. Со своими законами, уставом… со своей удавкой, лассо.

И всё же помню многое. Записалось в подкорку.

Я часто летаю в снах. Не то что бы… парю как андский кондор над холмами и горами. Но взлететь к потолку квартиры могу без всяких затруднений. Или на улице к макушке тополя, сосны. Иногда взлёт-полёт мой схож с метанием курицы. Что-то вроде лёгкой, незначительной левитации. И никто не обращает внимания на мои навыки. Ну, летаешь и пёс с тобой. Порой выходит, что это единственное средство, помогающее выпутаться из создавшейся ситуации. А фантастических ситуаций в сиреневых сновидениях предостаточно.

И город-элизиум. И не элизиум вовсе. В снах у меня свой город, со специфической инфраструктурой. Многовато индустриальных объектов. Чуть ли не на каждом шагу на них натыкаюсь и чаще возле них хлюпаюсь в грязи. Чтобы это значило? И широкая, длинная улица. Аналог проспекта Октября. Только гораздо длиннее… насколько позволяет воображение. И главное, если по ней идти и идти, то можно оказаться совершенно в другом городе, может, в Санкт-Петербурге, или же в Воронеже. Каждый раз где-то там. И поразительная архитектура, от которой глаз оторвать невозможно. И если оказываюсь я возле необычного, а то и сказочного строения, арт-объекта, то у меня по воле случая… по воле сна, почти всегда не обнаруживается под рукой фотоаппарата, смартфона, чтобы запечатлеть увиденное. Ну, всегда так – что-то интересненькое, а сфотографировать не представляется возможным. Или щёлкаю кнопкой фотоаппарата, но отснятые кадры странным образом пропадают, стираются. Сон бдит! Не позволяет переносить изображение своего мира на электронные жёсткие носители. А вдруг я вдобавок изловчусь и вынесу фотографическое добро в реальность. Тут бы добавить смайлик…

И до сих пор помню один сон, из годов десятых. Начало десятых, если не ошибаюсь. Сон, скажем, № 5. Есть предыдущие, безусловно. И более выразительные – с искоркой, с изюмом внутри. И чуть в дымке, едва с разборчивым, логичным сюжетом. Но не о них пойдёт речь. Этот почти вещий. Хотя у него другая интерпретация, иной уклон. Сон как обычно проник ночью, вернее, под утро. И снилась, не поверите, Николь Кидман. С какого перепугу мне привиделась эта голливудская «звездень»? Не ясно! Не доказательно, не непоследовательно! Но всё-таки она явилась. Николь Кидман была несчастной, замученной. Над ней постоянно кто-то издевался. Её невзгоды не демонстрировались: я просто знал это, во сне. И узловой момент: всё окружение необычное, ранее не встречавшееся мне. Обстановка… стены, небо (или потолок) в чёрном цвете. И пол весь исписан мелом. Ещё непонятные ящики с паклей, и этих ящиков немало. Потом сюжет резко меняет поворот: я с ней бегу, то есть помогаю бежать от каких-то негодяев, упырей. А какой детектив обходится без погони?

Появилась из неоткуда грузовая машина, похожая на старенькую полуторку. Мы с Николь Кидман сиганули в кузов. Опять смена обстановки. Длинная, длиннющая дорога, а я с ней разговариваю, сидя уже в кабине полуторки. Вроде как рулю. Сценка сильно напоминала фильм «Весна на Заречной улице». Меня удивляло во сне: как она чисто говорит по-русски. И что она делает в этой… Америке? Пусть переезжает к нам. У нас есть памятник Салавату Юлаеву и вкусные пирожки с капустой.

Остановка. Вышли из грузовика. Тут я неотчетливо помню. Или можно сказать, вообще не помню. Но будто бы снова произошла погоня. Но финал не стёрся, не забылся мною. Николь Кидман всё-таки удрала… то есть, улетела в штаты. И я с ней созвонился попозже. Во сне прошёл день… пару секунд. Но она говорила со мной на иностранном языке, даже не на английском. Однако я её прекрасно понимал, почему-то. И я спрашивал себя тогда, во сне: «Неужели она русский язык забыла?» В конечно итоге обещалась приехать к нам в гости. К сожалению, она больше мне никогда не снилась. То есть, не приехала погостить.

Когда я проснулся после невероятного «сюжета» с киноактрисой, в первую очередь я сон несколько раз прокрутил в бодрствующем сознании, для основательного закрепления, запоминания все детали, структуры сна. А вдруг пригодится. И для себя решил в ту минуту, коль чуден сон, то надо бы посмотреть какой-нибудь фильм с её участием, который я не видел. И вечером, после работы, я перешерстил торрент и наткнулся на «Догвилль» Ларса фон Триера. С этой картиной я точно не знаком был, даже трейлер мимо меня прошёл. Не читал отзывы, рецензии. И перед просмотром не стал заранее узнавать о кинокартине. Хотел устроить себе небольшой сюрпризик. Может, зайдёт «Догвилль», сходу.

Скачал. Налил себе чаю с бергамотом. Устроился поудобнее и включил на компьютере видеоплеер. И тут меня, можно сказать, шандарахнуло! Фильм чуть ли не с первых кадров подсказал мне, что он… многое в нём переплеталось с моим недавним сном. Почти сон и есть этот кинофильм-сон. Неестественная адаптация, но всё-таки. Немыслимо! Неправдоподобно звучит, но факт.

И любопытно выходит. С какой стати сны стали подсказывать: какое кинопроизведение мне надлежит увидеть, изучить? Сны, имеющие некую печать Бога (есть выражение у философов-учёных), вдруг пустились в излишнюю мелочность. И они, сны эти, встали в позицию обычного потребителя. Ну, пусть потребителя искусства, но всё-таки…

Автор:Алексей Чугунов
Читайте нас в