Чудеса в декабре. Часть третья

Глава 3 «Волшебное ремесло»

Вероника подошла к камину, немного постояла возле него в раздумье. Затем решительно поднялась по лестнице в комнату родителей. Только одна мысль билась в её голове: «Нам нужна помощь! Нам нужна помощь!».

Олег и Марианна уже проснулись и о чём-то негромко переговаривались, лежа под уютным облаком белых одеял. Вероника с разбегу нырнула к ним. Как она любила такие утренние валяния с родителями! Вместе дурачиться, смеяться, мечтать, придумывать какие-то смешные истории. Жаль, что так редко выпадало это беспечное, неспешное счастье. Но сейчас девочке было не до игр. Нужно было спасать чудо-дерево, её нового дымчатого друга и музыку...

Родители с радостью приняли Нику в свои объятья. Задумчивость дочери сразу была подмечена любящим и бдительным родительским оком. Олег и Мари (так, любя, называл Марианну муж) переглянулись и с терпеливым любопытством наблюдали за движением мысли на курносом лице дочери.

– Родители! – после недолгих раздумий бойко обратилась к ним девочка, – Мне нужна ваша помощь!

– Нужно кого-нибудь спасти? – улыбаясь, сказал отец. Слишком хорошо он знал характер своей малышки. Дедушкины сказки и волшебные скрипичные колыбельные, любовь близкого круга сделали своё дело. Ника росла добрым и заботливым ребёнком, готовым прийти на помощь любому: хулигану Ваське из соседнего подъезда, уличным котятам, бабочкам, сороконожкам.

– Да! – всё так же бойко ответила она.

– Мне нужно сделать странную вещь: нарисовать красные снежинки на елях, что растут на скалах со странным названием: «Зубы Шурале». Не спрашивайте зачем, кто такой Шурале и где находятся его зубы! Это не моя тайна, а маршрут мне неизвестен. Но это очень нужно одному доброму, милому, волшебному человеку. – выпалила Ника и молитвенно сложила свои ладошки.

– Ну раз доброму и милому, да ещё и волшебному, поможем! – сказал Олег, – Этот незнакомец один из наших соседей? – уточнил он у дочери.

– Почти... – заговорщически прошептала Ника.

И семейство стало дружно обсуждать как это можно сделать, какой краской пользуются лесники, ставя метки на деревьях, и где её можно найти в этом затерянном, занесённом снегом месте.

Через пятнадцать минут такого всеобщего валяния план был разработан и Васнецовы, позавтракав и тепло одевшись, пошли добывать краску.

На ресепшене им рассказали о том, где находятся скалы, кто такой Шурале и как туда добраться. Администратор, с таким же прекрасным именем, как и у девушки, встречавшей их вчера на перроне – Елена, порекомендовала заказать экскурсию: «Первый раз, да ещё зимой, лучше не рисковать», – и Олег согласился с ней. Утро было ясное, морозное, ничего не предвещало непогоды.

Неожиданно за окном потемнело, а в трубе завыл, заворчал, зарычал ветер. Входная дверь отворилась, и в холл ввалилась гурьба отдыхающих, отряхивающихся от внезапно пошедшего снега. Один из гостей обратился к своим спутницам: «Признавайтесь, кто из вас грешен! Кто виновница такой резкой перемены настроения Айгира?»

«Виновник, не виновница. – подумала Ника, – Молодец Кадий!».

Елена вновь обратилась к Васнецовым: «К сожалению, вашу экскурсию скорее всего придётся отложить. Не расстраивайтесь, погода в горах переменчивая».

Радуясь, что дочь не огорчилась от внезапной перемены погоды и невозможности помочь «милому человеку», Олег обратился к Елене с просьбой:

— Подскажите пожалуйста, где у вас можно купить красную масляную краску, мы привезли с собой сборную деревянную кормушку для белок и птиц, и хотим покрасить её в яркий цвет.

— Здесь, к сожалению, нигде. — ответила администратор. Но вы можете спросить у нашего завхоза, он очень запасливый.

— Слава, — помахала рукой Елена вошедшему большому, снежному человеку, — поможешь нашим гостям? Им нужно немного масляной краски.
Белоснежный великан стряхнул со своей одежды хлопья мокрого снега, добродушно улыбнулся и пробасил:

— Отчего же не помочь добрым людям. Идёмте за мной. — и он вновь вышел в непогоду.

Васнецовы, поблагодарив Елену, поспешили за ним. Ветер разыгрался не на шутку. Казалось, он крепчал с каждой секундой. Вячеслав обернулся к гостям и прокричал сквозь снег и завывающий ветер:

— Вы в каком доме остановились? Я вам её занесу. Ветер, не стоит мучить ребёнка. Небольшой банки из-под кофе хватит?

— В Ольховом. Хватит, благодарю! — прокричал в ответ Олег.
— Дядя Слава, только нам нужна красная! — пропищала Ника, прикрывая лицо варежкой.

— Будет тебе красная, лесники по осени оставили пару банок на хранение. Они точно не будут против моей помощи маленькой любительнице гор.

Олег, Мари и Ника поспешили к своему дому. Они ввалились в него похожие на снежных человечков. За пару минут, проведённых на улице, мокрый снег успел залепить их одежду, волосы и лица. Шумно отряхиваясь и смеясь, они не сразу заметили большого, грустного человека, мастерившего что-то за столом в гостиной.

— Я вам не помешаю? — спросил он мягко, как бы извиняясь, показывая на инструменты и стружку на столе.

— Нет, что Вы! — ответил Олег.

— Стол большой, всем места хватит, да и обед ещё не скоро. — вторила ему Марианна. И только Ника посмотрела на соседа насупившись.

— Мам, пап, я наверх! — сказала она и помчалась по лестнице в их спальню. Ей показалось, что какая-то полупрозрачная тень мелькнула и исчезла в проёме второго этажа.

В комнате её действительно ждал Кадий.

— Ну что, как тебе погодка? — хитро улыбнулся дух.

— Супер! А мы нашли краску, скоро нам её занесут. — радостно прошептала девочка. Ей так хотелось обнять Кадия, но она помнила, что это невозможно.

— Не смотри на Антона, как на врага. Я говорил тебе вчера, что он неплохой человек и хороший скрипичный мастер. Забыла, нам его тоже надо спасти?

— Да, помню я, помню! — сердито ответила Ника, она пока ничего не могла с собой поделать. Сосед угрожал волшебному дереву и миру Кадия. Как можно было это ему простить?

— В его руках живёт особое ремесло. — продолжал дух. — Ты не задумывалась, как тончайшая вуаль магического мира передаётся, сохраняется в ваших огромных мегаполисах, где не так много деревьев и много посторонних электрических шумов, магнитных полей?

— Нет. — растеряно сказала девочка.

— Видишь ли, волшебное свойство дерева генерировать и передавать магическую материю не исчезает, даже если оно спилено. Но для этого дерево должно попасть в руки как минимум двух мастеров. Первый мастер — скрипичный лютье, или любой другой, кто делает из дерева музыкальные инструменты. Второй — любой человек, взявший инструмент в руки и сыгравший на нём пару нот.

— Даже я? — удивлённо спросила девочка.

— Даже ты, но, конечно же, лучше всего это получается у музыкантов, профессиональных музыкантов.

Ника была очень удивлена услышанным. В её маленькой головке зароились мысли: «Я тоже могу…», «Может и мне научиться?», «Подружиться…».

«Только есть одно условие» — как будто издалека услышала она голос духа, — «Делать это всё надо с любовью и чистыми помыслами».

Последние слова Кадия вернули Нику в реальность. Она пока не могла справиться со своими отрицательными чувствами к соседу. Её осуждение и негодование по поводу поддельных документов на вырубку волшебного дерева, угрозы гибели мира магии, не позволяли девочке достичь необходимого состояния: состояния любви и чистоты помыслов.

Вероника растерянно посмотрела на Кадия и прошептала с полными слез глазами:

– И как мне теперь быть?

Кадий погладил девочку по голове.

– Время, всему своё время. – ласково сказал дух. – А пока просто пойди и познакомься с Антоном, поговори с ним, постарайся понять, что им движет, и как ему помочь не сделать непоправимое.

Ника протёрла глаза и, как всегда решительно, умчалась вниз, в гостиную. Олег и Марианна что-то готовили у кухонного стола, переговаривались, шутили. Сосед молча и сосредоточенно что-то мастерил за обеденным. Вероника, замедлив свой шаг, подошла к столу Антона. Какое-то время девочка следила за руками соседа, она боялась поднять глаза на него. Боялась, что он увидит её чувства к нему. Антон неспешно, стружка за стружкой, вырезал какую-то деталь из куска дерева.

– Я тоже хочу. – наконец тихо произнесла Ника.Антон был так занят своим делом и мыслями, что даже не заметил её.

– Чего хочешь? – таким же тихим голосом спросил мастер, и их глаза впервые встретились.

Глаза соседа были большими, глубокими и невероятно грустными. В них не было злобы, жестокости, коварства. Сердце Ники тут же оттаяло: «Человек с такими глазами не может быть плохим!»

Какое-то время девочка и мужчина смотрели друг на друга, и постепенно взгляды обоих теплели. Мужчина положил инструменты на стол, немного подвинулся, освобождая место рядом с собой медновласому чуду лет семи-девяти, и пригласил сесть, постучав ладонью по скамье.

– Научиться резьбе по дереву? – спросил он девочку.

– Нет! – мотнула головой Ника, – Научиться делать скрипки.

– О, ты знаешь, что я делаю? – удивлённо спросил Антон.

– У меня деда был скрипачом. – грустно пробормотала Вероника.

– И тебе знакомо чувство утраты... – тяжело вздохнул мужчина, – Что ж, садись, я тебя научу.

Олег, Мари и играющие языки пламени в большом камине удивлённо наблюдали за этой щемящей сценой. Оказалось, что постоялец из второй комнаты не такой уж угрюмый и молчаливый. Они понимали, что в этом занесённом где-то в горах, далёком от цивилизации месте, на их глазах встретились две большие боли, два больших страдания. А как известно, страдание, разделённое с кем-то – легче...

Продолжение следует...