День рождения – Анне Ахматовой 137 лет

Вчера, 23 июня, был день рождения Ахматовой. Сначала я думала, что и не знаю, что о ней написать. Она умерла за два года и один день до моего рождения. Подумала ещё… и поняла, что знаю.

Знаю — она научила меня выживать.

Сначала я её стихи совсем не понимала. Потом однажды, после большого предательства, заледенела сильно, сил на горение гневом не было. Помню — зима, сижу на подоконнике на кухне у подруги на Таганке. Тогда ещё я написала «если долго смотреть на падающий снег, кажется он летит наверх».

Эти строки были аллегорией всей моей жизни — «когда я умирала с голоду от анорексии, люди думали, что я блюду диету для модельной карьеры». Я падала, падала, падала биллион километров, небо уже не могло меня держать, небо моей наивности, моей веры, что все люди добры, что все люди такие же, как я. А земля всё не хотела меня принять, столько ужасов произошло со мной — меня убивали два раза, меня грабили и кидали бессчётное количество раз и зачастую не чужие люди, и потом, раз уж они не чужие, поливали грязью моё имя, чтобы оправдать свои кражи и предательства. И на моих глазах умерла страна и куча народа.

И вот не писалось и не спалось тогда, и я взяла на ощупь какую-то книгу, раскрыла её и, поднеся к стеклу — на улице был фонарь — прочла: «Сочинил же какой-то бездельник, что бывает любовь на земле»…

Ахматова обняла меня, мою заледеневшую от горя и бессилия душу. И мы продолжили жить, я уже с ней. Потому что она смогла выжить, и показала мне, что это возможно. Но до её «тихо и просто жить» мне были ещё долгие и долгие годы. И к этим нынешним годам я пришла отчасти потому, что видела мудрость и смирение той, что жила как все. Даже чистила сортиры. Когда её биограф ужасался этому факту, она ответила: «А чем я отличаюсь от людей?». Имела в виду биологически.

Я часто повторяла это себе — а чем я отличаюсь от людей?

Так и выживала под потоком своих стихов и иногда под сенью её мировоззрения. Так и выжили — и я, и Анна. «В этой стране надо долго жить, если хочешь до чего-то дожить», — ещё один рецепт от Ахматовой.