Все новости
ХРОНОМЕТР
29 Ноября 2020, 21:24

Необычная история "бога войны". Часть первая

Быть может, я никогда бы не узнал этой удивительной истории, если бы, находясь в Петербурге летом 2004 года, случайно не попал на старый Варшавский вокзал. Когда-то я сам уезжал с него из Ленинграда в Ригу, а сейчас вокзала как такового уже не было: здание находилось на реконструкции, а на подъездных путях разместились экспонаты железнодорожного музея. Чего здесь только не было: паровозы, тепловозы, электровозы, пассажирские и грузовые вагоны…

Рядом с маленькими, похожими на игрушечные, маневровыми паровозиками стояли огромные локомотивы, возившие экспрессы по Транссибу. Соседствовали друг с другом паровозы, повидавшие первую мировую войну, и те, что, неся на себе красные звезды, портреты Ленина и Сталина, лозунг «Вперед к коммунизму», под стать стахановцам трудились в годы первых пятилеток. Бок о бок с вагоном бронепоезда времен Великой отечественной войны стояла одна из первых советских электричек. Вот эти паровые гиганты везли комсомольцев 50-х годов прошлого уже века покорять целину, а эти мощные электровозы спустя двадцать лет везли составы с молодыми строителями БАМа…
Казалось, вся история нашей Родины за последние сто лет отразилась в этих железных созданиях. Но один экспонат резко выделялся из общего ряда, производя особенное впечатление. Это была огромная железнодорожная артиллерийская установка. На табличке, установленной рядом, приводились ее технические характеристики и излагалась краткая история: «Железнодорожная артиллерийская установка ТМ-3-12. Калибр орудия – 305 мм. Максимальная дальность стрельбы – 30 км. Скорострельность – 2 выст./мин. Вес – 340 т. Построена на Николаевском государственном заводе им. А. Марти в 1938 г. Всего построено 3 установки данного типа, при этом использованы орудия, демонтированные с линкора «Императрица Мария». Участвовали в советско-финской войне 1939-40 гг. С июня по декабрь 1941 г. принимали участие в защите советской военно-морской базы на полуострове Ханко (Финляндия). Выведены из строя советскими моряками при эвакуации базы, впоследствии восстановлены финскими специалистами с использованием орудий русского линкора «Александр III». Состояли на вооружении до 1991 г., списаны в 1999 г. Установка поступила в музей в феврале 2001 г.».
На первый взгляд, здесь нет ничего необычного: ну, сделали установку (правильнее – транспортер), участвовала она в войне, была взорвана при отступлении своими же, восстановили ее после войны, и послужила она еще. Ну и что?
Но если бы сталь могла говорить, то эта огромная пушка – «бог войны», как часто называют артиллерию – могла бы нам рассказать свою долгую историю, начавшуюся почти сто лет назад, и мы поразились бы тому, сколько в этой истории трагических событий и удивительных поворотов.
Однако сталь безмолвствует. Вместо нее на страницах книг, журналов и газет говорят живые и жившие раньше люди, и с их помощью мы сейчас познакомимся с удивительной историей «бога войны».
ЗЛОЙ РОК ТРЕХ РУССКИХ ЛИНКОРОВ
Все началось 17 октября 1911 года, когда на заводах «Руссуд» и «Наваль», что в черноморском городе Николаеве, были заложены три однотипных мощнейших линейных корабля «Императрица Мария», «Императрица Екатерина II» и «Император Александр III». Уже чувствовалось приближение большой войны, и русское морское командование загодя готовилось к ней, стремясь обеспечить превосходство русского Черноморского флота над вероятным противником – флотами Турции и Германии.
Но судьба этих красавцев линкоров оказалась трагической: ни один из них не одержал громких побед и даже не погиб героически в бою – все они закончили свои дни бесславно, не принеся пользы, какой от них ждало Отечество.
«Императрица Мария» и «Императрица Екатерина II» после ввода в строй в 1915 году стали сильнейшими кораблями на Черном море, покончив с господством германских кораблей «Гебен» и «Бреслау». «Императрица Мария» получила такую репутацию у противника, что, как писал позднее один из ее бывших матросов: «…когда появлялась “Мария” в море, все немецкие корабли уходили. На Черном море ее уже никто не трогал». Но на рассвете 7 октября 1916 года, стоя на якоре в Северной бухте Севастополя, «Императрица Мария» затонула после страшного взрыва артиллерийских погребов, унеся с собой жизни 228 членов экипажа. Тайна ее гибели до сих пор не раскрыта, хотя существует версия, что это была диверсия германских агентов.
«Императрица Екатерина II», ставшая с июня 1915 года именоваться «Императрицей Екатериной Великой», в апреле 1917 года была переименована в «Свободную Россию», а «Император Александр III» тогда же был переименован в «Волю», и с этими названиями два оставшихся линкора встретили Октябрьскую революцию. В апреле 1918 года после заключения в Брест-Литовске мирного договора (Брестский мир) между Советской Россией и кайзеровской Германией немецкие войска оккупировали большую часть Украины, Крым и подошли к Севастополю. Дабы избежать захвата немцами, корабли Черноморского флота по приказу советского правительства стали уходить в Новороссийск. Одними из последних уже под огнем германских полевых батарей покидали Севастополь линкоры «Свободная Россия» и «Воля».
Но немцы вскоре потребовали вернуть все ушедшие корабли назад, угрожая в противном случае начать наступление по суше и захватить Новороссийск.
Начальник Морского генерального штаба Евгений Андреевич Беренс подготовил доклад о положении Черноморского флота, на который В. И. Ленин наложил резолюцию: «Ввиду безысходности положения, доказанной высшими военными авторитетами, флот уничтожить немедленно. Председатель СНК В. Ульянов (Ленин)». А 28 мая 1918 года командующему и комиссару Черноморского флота за подписью Ленина была отправлена секретная телеграмма: «Ввиду явных намерений Германии захватить суда Черноморского флота, находящиеся в Новороссийске, и невозможности обеспечить Новороссийск с сухого пути или перевода в другой порт Совет Народных Комиссаров, по представлению Высшего военного совета, приказываем Вам с получением сего уничтожить все суда Черноморского флота и коммерческие пароходы, находящиеся в Новороссийске». Для контроля выполнения этой директивы в Новороссийск был послан один из лидеров большевиков на Балтийском флоте Федор Федорович Раскольников.
Настроения черноморских моряков разделились. Часть из них согласилась с решением исполняющего обязанности командующего Черноморским флотом командира «Воли» А. И. Тихменева вернуться в Севастополь. Другую же часть моряков, поддержавшую приказ Ленина, возглавил молодой командир эскадренного миноносца «Керчь» Владимир Андреевич Кукель – внук прославленного исследователя Дальнего Востока адмирала Геннадия Ивановича Невельского.
Он-то и стал непосредственным и главным исполнителем затопления кораблей Черноморского флота. Именно пять торпед, выпущенные «Керчью», завершили короткую жизнь «Свободной России», похоронив линкор на дне Цемесской бухты у Новороссийска.
Итак, из трех черноморских линкоров-близнецов остался только один – «Воля». Команда «Воли» отказалась затопить свой корабль и 19 июня 1918 года вернула его в Севастополь, предпочтя сдать линкор немцам, которые 15 октября 1918 года включили его в состав своих ВМС на Черном море. Но 11 ноября 1918-го первая мировая война закончилась поражением Германии, и англичане сначала увели линкор в Турцию как трофей, а затем передали его белым властям юга России, и он, в конце концов, оказался у барона Врангеля. Но Красная Армия, прорвав мощные укрепления на Перекопе и форсировав залив Сиваш («Гнилое море»), занимает Крым. Остатки войск Врангеля, а также большое количество гражданских лиц на судах и боевых кораблях эвакуируются в Турцию. Уходит вместе со всеми и линкор «Император Александр III», побывавший уже «Волей», а теперь (с октября 1919 года) носящий имя одного из лидеров белого движения – «Генерал Алексеев». Всем кажется, что корабли, как и люди, лишь временно покидают Россию, что вскоре они вернутся на Родину – но для большинства людей и для всех кораблей, уходящих осенью 1920 года из Севастополя в Стамбул, случиться этому уже не суждено.
После долгих скитаний 29 декабря 1920 года 33 черноморских корабля встали на свою последнюю стоянку во французской колонии Тунис на африканском берегу Средиземного моря в небольшом порту Бизерта, где моряки-черноморцы и их семьи, вывезенные из России, основали небольшую русскую колонию. Стоявшие в гавани суда и боевые корабли Черноморского флота превратились в жилье для колонистов, дети которых прямо здесь же играли и учились в школе. Вместе с тем, на кораблях, которые по-прежнему несли андреевский флаг, шла служба в соответствии с уставами русского императорского флота. Флагманом русской эскадры, этого осколка старой России, был линкор «Генерал Алексеев».
Но более или менее спокойная, хотя и чрезвычайно трудная жизнь оторванных от Родины людей продолжалась недолго: в 1924 году Франция признала Советскую Россию (СССР) и интернировала находящиеся в Бизерте корабли-эмигранты. Всем, кто жил на них, предписывалось сойти на берег и принять французское или иное гражданство, без которого их жизнь стала бы просто невыносимой, так как они оказывались гражданами несуществующего государства – Российской Империи, фактически же – лицами без гражданства. Но некоторые моряки все же предпочли остаться гражданами старой России, обрекая себя на мытарства и нищету.
Покинувшие Россию корабли, не погибшие в бою и не сдавшиеся врагу, были вынуждены спустить андреевский флаг в порту бывших союзников.
Последним командиром русской эскадры в Бизерте был контр-адмирал Михаил Андреевич Беренс – родной брат штурмана легендарного «Варяга», а затем командующего всеми морскими силами Советской России в годы Гражданской войны Евгения Андреевича Беренса, давшего заключение о необходимости затопления Черноморского флота в Новороссийске в 1918 году. В 1924 году Евгения Андреевича в составе Советской делегации отправили в Тунис для осмотра стоявших там русских кораблей, но возможная встреча с братом не состоялась: Михаил Андреевич специально уехал на это время из Бизерты, чтобы избежать даже самой возможности такой встречи.
Советская комиссия, осмотрев корабли, приняла решение не возвращать их в Россию, а разобрать на металлолом за границей. Вслед за другими кораблями черноморской эскадры и ее флагман, линкор «Генерал Алексеев», окончил свои дни в неволе, интернированный в чужом порту, и был отправлен в 1936 году для разборки на металлолом во французский Брест, будучи последним из злополучной тройки черноморских линкоров. Вырученные же от продажи металлолома средства пошли на погашение долгов царской России – той России, которой до последней минуты оставались верны моряки-черноморцы.
Самих моряков судьба разбросала по всему миру, следы многих затерялись вовсе. Михаил Андреевич Беренс умер и похоронен в Тунисе во время второй мировой войны, в 1943 году. Из всей русской колонии в Бизерте к концу ХХ века осталась лишь Анастасия Александровна Ширинская-Манштейн – маленькая девочка, которую в 1920-м вывез из Севастополя ее отец, командир эсминца «Жаркий» Александр Манштейн. Недавно в России вышла книга воспоминаний Анастасии Ширинской «Бизерта. Последняя стоянка»…
Но вернемся в 30-е годы ХХ века – на горизонте уже полыхают зарницы приближающейся второй мировой войны, и вся эта история получит неожиданное продолжение.
В. АГТЕ
Окончание следует...