Все новости
ХРОНОМЕТР
23 Сентября 2020, 10:10

«Перламутровые сизари» городских улиц

Глядя на современные города, мегаполисы, а в частности на их достопримечательности: архитектурные сооружения, памятники, арт-объекты, парковые зоны и прочее, приходит одна фривольная мысль, что в скором времени над ними всеми возьмёт полную власть стрит-арт, граффити. Именно этот молодой вид искусства ещё имеет заделы в будущее – он располагает в своём загашнике средства и усовершенствуемые технологии, своеобразные стили. Иными словами, обычный баллончик краски художника стрит-арта… кто знает… перерастёт в миниатюрный ручной принтер 3D, с помощью которого он своим работам, что на стенах домов и заборов, придаст характерную многоговорящую объёмность. Но конечно это «перегибы» фантазии, – так стрельнуло в голову.

Ибо, если и возникнут «таковские» инструменты, то тут от граффити не останется и следа. Заблещет что-то новое, нирваностическое. Граффити (граффито) с итальянского языка переводится как изображения или надписи, выцарапанные, написанные или нарисованные краской, или чернилами на стенах и других поверхностях.
К прочему, граффити из самых бунтарских направлений в искусстве, что из буквенного безобразия, хулиганских надписей с годами перешло в разряд художественного профессионализма. Почти Леонарды да Винчи… уличные. И без боязни высоты; в чём им можно жутко позавидовать. Разве не здорово, когда благодаря их стараниям уличная серость… ох, уж эти советские безликие коробки… начинает «говорить на цветном языке». Улица – как улица Сезам. Мрачная стена «девятиэтажки» – Ниагарский водопад. И таким способом, и рождаются современные города-сказки, в которых хочется приехать, жить… и снова жить! А урбанистическое мракобесие, возможно со временем, уйдёт в лета.
В Уфе первое граффити появилось, ну, во всяком случае официально разрешённое изображение «Мадонны с младенцем», в сентябре 2013 года на стене одиннадцатиэтажного здания в Инорсе, на улице Мушникова. Автор Павел Дорофеев. Работа достаточно художественно выполнена, хоть сейчас на международную выставку. В это же время появился «Юрий Гагарин» на улице Гагарина в Сипайлово. Как и положено первому космонавту – в скафандре с большими буквами «СССР». Художники взяли за основу своей работы известную фотографию Юрия Гагарина, сделанную сразу после его полета в космос. Авторы: Артур Лукьянов, Маруся Массалимова и Олег Кайбышев. Гагарин на улице Гагарина – и никак иначе! Символично! «Девушка с пианино» … с большой головой. Почему-то! На улице Набережная в Сипайлово. Автор: Олег Кайбышев. Работа шла зимой и само собой она художнику далась нелегко. Местные жители называют настенный холст с женщиной «Пианистка» или же «Учительница». Ещё известная уличная картина – это «Юность преподобного Сергия Радонежского», нарисованная Павлом Дорофеевым на старом доме города Уфы по улице Чернышевского, на создание которой у него ушло порядка 19 часов. Фрагмент этой картины Нестерова не трудно найти в художественном музее имени М. В. Нестерова. Что там ещё?.. Из тех первых ласточек стрит-арта, похоже «Башкирская девушка» на стене девятиэтажного дома по улице Менделеева. Граффити представляет девушку в народном башкирском костюме. Работу эту выполнили финалисты проекта «Город творчества» Артур Нурадинов, Тимур Уразметов и Виктория Антонова. И примечательный факт: некоторые местные жители упорно тогда критиковали за нескромную открытость ног девушки (работа потом ушла на доработку) и то, что над рисунком имеется дополнительная реклама, что не есть хорошо для… для такой красоты. И, пожалуй, «Лётчик Муса Гареев» на улице Худайбердина, 4. Авторы: Олег Кайбышев и Артур Аудис. Выбор дома художниками не случаен, как кажется на первый взгляд. Именно в этом доме жил героический лётчик. На рисунке отображён самолёт Мусы Гареева ИЛ-2, а на фоне летят истребители в форме числа 70. В 2015 году, к 70-ти летию Победы.
Но одна маленькая бяка точит душу. На мой предвзятый взгляд, некая часть работ… ранних работ, нынешних полотен, глядящих на нас со стен зданий – не совсем стрит-арт. И не граффити, если уж изрыгать истину. А всего-навсего копирайт. Умелый профессиональный копирайт, срисованный с поздравительной открытки, фотографии. Ибо стрит-арт подразумевает, в первую очередь, «собственное дыхание» художника созвучное с урбанизмом города. «Городской узор» художника не должен отделяться от реальности, а наоборот – дополнять собою «образ» дома. Скажем, по стене идёт водосточная труба, и она по своей концепции очень мешает автору, но что, если трубу визуально превратить в длинную гусеницу или во «флейту» Маяковского. Ведь каждая деталь, конструкция… ну, там не знаю, кондиционер, оголённый «островок» красного кирпича, необычное расположение подъездных окон может подсказать человеку с баллончиком аэрозольной краски, что можно к этому дофантазировать и прикрутить, так сказать. Или взять более нечто масштабное. За домом виднеется промышленная труба завода. Можно на стене этого дома изобразить некого чувака в черепаховых очках, вытягивающегося руку в сторону той трубы, а другой рукой сморкается, чихает. Выражает как бы негодование: «Вот, совсем загадили своим дымом!» Или что-то похожее. Бойкий образ, сегмент подлинной жизни, пожалуйста, вот вам и настоящий стрит-арт. Почему же нельзя что-то эдакое «говорящее» изобразить. Чуточку скучно же, ей богу, видеть помпезного Ферина на улице Сельской Богородской. Или маршала Жукова в Сипайлово. Нет, конечно, и такие монументы нужны, важны: для подчёркивания нашей славной истории, поднятия патриотического духа. И сего не отнять. Но очень нужен и свой язык, нашим поистине профессиональным творцам цвета и света.
Разумеется, зачатки имеются. Не без них. В 2019 году летом появилась целая стена (по горизонтали) рисунков в стиле поп-арт на улице Хадии Давлетшиной, 9, рядом с жилым комплексом "Арт-Плаза". Плеяда звёзд: Юрий Никулин, Виктор Цой, Земфира, Мэрилин Монро, Чарли Чаплин, Владимир Высоцкий. Возле каждой яркой личности идут некие квадратно-полосатые линии, как бы идущие к забору, что находится над ними. От серости и нет следа. Но почему столь беспорядочный подбор знаменитостей? Да! Стиль исполнения весьма занятен, но хаотичность… Мешает. Не докрутили, не дожали!
«Утро в сосновом бору» по улице Менделеева, 162а. За ним лес. С одной стороны, однотонное сочетание с деревьями вроде как – вау! Но с другой, слишком предсказуемо. Если имеется забор, и он закрывает некую часть парковой зоны, лесной просеки, леса, то логично, что спрятать неказистый, серый, «безвкусный» забор можно только нарисованными деревьями, бурыми медведями. Что-то похожее есть и на Горсовете, в районе колеса обозрения «Седьмое небо». Нет, тут извините «зелёное на зелёном», смотрится слишком второсортно. Ближе к оригинальности портрет Юрия Левитана на улице Рихарда Зорге, где он там сидит как бы за столом и читает с листа: объявляет о победе над фашистскими захватчиками. Стол же – выступ на первом этаже. Мешающий элемент художниками ровно схвачен. Сработано на совесть. Но опять лезет ощущение, что перед тобою – открытка, почтовая марка в увеличенном размере.
«Большая сова» на Дагестанской, 21/1. Красно-оранжевый закат, облака пастельно-голубые, и сова на огромном суку сидит и за кем-то следит. Это чудо разрисовало двухэтажное здание, где работает централизованная бухгалтерия муниципальных учреждений образования Дёмского района. Ну, что тут скажешь? Лепота и глаз радуется, но он радуется не там, где надо. Подобные сказочные, фэнтезийные образы идеально подошли бы для детских садов. И детишки с радостью бы приходили в этот «красочный» детский садик. А тут, простите – бухгалтерия… чтоб они иногда в детство впадали? «Шильонский замок» на улице Центральной, 28, в Дёме. Замок сам расположен у берега Женевского озера рядом с городом Монтре. Пожалуй, это самое известное историческое сооружение Швейцарии. В XVI веке замок использовался в качестве государственной тюрьмы. Сам дом, который носит на себе этот рисунок – обычный продовольственный магазинчик. И вновь замечание, совсем маленькое. Фон, что окутывает швейцарский замок, на стене кажется лишним. Фоном лучше бы была сама стена – её естественная структура. Возможно, рисунок выглядел бы со стороны незаконченным, но таким образом сам старенький двухэтажный дом («сталинка») чем-то походил бы на родовитый замок из средневековья. Лишка дали с мазками, одним словом. Но их можно понять и простить, ведь хочется вообще спрятать все огрехи здания.
Преимущественно, у нас уличная субкультура будто заключила негласный договор с совестью. Рисовать больше правильно и официально. Манерный андеграунд подождёт, якобы. Хотя, этими настенными экспонатами старшее поколение радуют, что весьма тоже замечательно. В пример, нынешняя ситуация в 2020 году – пандемия. На стене больницы РКБ появляется огромный злобный коронавирус, а ему навстречу, стоит как стена хрупкая девушка-медик и показывает средний палец. Казалось бы, вот он нужный крик, дерзко и смело. Но нет, надо подкорректировать – нецензурная брань в виде «пальца» ­не есть хорошо! Артур Лукьянов, арт-художник, поначалу отказывался переделать «средний палец» на фигу, но затем… скандал всё-таки стоял не шуточный… средний превратился в указательный. Смысл поменялся в противоположную сторону. Теперь создаётся впечатление, словно медик зазывает к себе это вирусное чудище… к нам! Но эта неправильная переделка никого не возмутила почему-то.
Жалко, что имеет место и настоящий вандализм. Созданному недавно (или давно) шедевру некими неизвестными умельцами, добавляются лишние надписи, знаки, что конечно уродуют, портят уличное полотно. К примеру, возле стадиона «Нефтяник». Ну, откуда у людей появляется такое безумное желание, поверх замечательного рисунка добавить свои графические уродливые каракули?
А вообще, откуда появилось граффити? И когда? Невозможно не заинтересоваться подобным вопросом. По сути, история граффити началась с сообщений, которые представители банд Нью-Йорка оставляли на улицах города в 1920-1930-х годах. Писали, карябали, где только можно и возможно. Так участники группировок «метили территорию» и общались между собой. Молодёжь переняла их практику, но в качестве самовыражения на социально-политические проблемы. А развитие, как таковое субкультуры, уличных рисунков началось на Восточном побережье США в 1960-х. Именно тогда первые энтузиасты стали оставлять надписи с именами в случайных местах по городу. Среди первых райтеров оказались художники Cool Earl и Topcat126, а уличный артист из Филадельфии Cornbread считается неофициальным основателем движения в субкультуре – он одним из первых принялся оставлять подписанные его именем заметки, и без всякого политического подтекста. Отправной точкой всё же в истории граффити считается публикация в газете The New York Times, вышедшая в начале семидесятых годов. В статье рассказывалось о молодом уличном художнике из Нью-Йорка под псевдонимом Taki183. Он работал курьером, поэтому достаточно много времени проводил в метро. Можно сказать, вся жизнь проходила под землёй. Там он на каждой посещаемой станции оставлял отметку со своим именем. Со временем их стало так много, что на них обратили внимание не только прохожие, но и местные журналисты. Художник стал первой знаменитостью в истории граффити и считается ныне одним из его основоположников.
Практикой Taki183 и других сподвижников граффити являются характерные теги – надписи с псевдонимами, оставляемые на стенах, заборах, вагонах и в других обозреваемых местах. Художники зарабатывали дополнительное уважение за теги, нарисованные в труднодоступных локациях: допустим, на большой высоте или на охраняемых территориях. Тогда приоритет отдавался не визуальной стороне, а популярности, что измерялась в количестве отметок по всему городу. Среди других заметных артистов, тэгавших улицы и метро оказались: Hondo 1, Japan 1, Moses 147, Snake 131, Lee 163d, Star 3, Pro-Soul, Tracy 168, Lil Hawk, Barbara 62, Eva 62, Cay 161 и Junior 161. Почти целая армия!
Они, если уж идти с точки зрения визуального восприятия, уродовали как таковые архитектурные строения своим «царапающим творчеством». Да и местное населения их действия воспринимало как обычное хулиганство. Ну, что эти, появившиеся не много позже простых тэгов, толстые, раздутые, трёхмерно-ровные буквы, расположенные внахлёст друг другу – никого счастья от их присутствия. И вообще, граффити собою символизировали некую запущенность, опустошение, будто и жизни цивилизованной никакой поблизости нет; миром правят бомжи и бандитские группировки.
Только в начале восьмидесятых годов уличные художники столкнулись с первыми реальными проблемами. Именно тогда городские власти вступили в нешуточную борьбу с рисунками, многие «произведения» начали беспощадно уничтожаться – срок жизни свежих работ заметно сократился, а количество охранников в метро и полицейских на улицах заметно увеличилось. Для борьбы с райтерами городские власти даже ввели ряд законов, запрещающих продажу краски несовершеннолетним, а баллончики с краской, подобно оружию, хранились в сейфах или защищенных шкафчиках. Если уж бороться с уличным малоприятным явлением, то бороться на полном серьёзе.
А расцвет настоящего стрит-арта, то есть уже изображались человеческие формы, пришёлся на годы восьмидесятые. Одной из самых заметных личностей в культуре стрит-арта является Кит Харинг, известный не только выставками в галереях, но и иллюстрациями в метро. Его стиль основывался на смешении течения поп-арта с уличными рисунками, поэтому Харинга нельзя назвать райтером в полном его смысле. В дело вступал профессионализм. Еще одной иконой культуры граффити считается Жан-Мишель Баския. Он принялся рисовать в начале семидесятых, а через десять лет подружился с Энди Уорхолом – весьма знаковой личностью среди художников в период взросления поп-арта. Баския и его друг, художник Эл Диас основали движение SAMO (Same Old Shit), сигнатурные подписи и рисунки которого покрыли улицы города. В современной культуре Баския стал одной из самых ярких личностей, а его работы выставляются в музеях по всему миру. Граффити также двигалось широким шагом и по Европе. Известные серди них такие «звёзды» как Dondi, Lee, Zephyr, Daze и Futura 2000. И они направляли свою бурную и интенсивную деятельность: то на улицы, то на художественные выставки.
Одним из пионеров арт-движения во Франции стал художник под псевдонимом Blek le Rat. Для создания изображений он использовал особенные трафареты, что позволяло ему быстро рисовать граффити и избегать возможных арестов. Своей деятельностью художник намеревался показать, что искусство может быть доступным каждому и не ограничивается стенами галерей. А в Великобритании очень известен уличный художник с именем – Бэнкси. Он начал «пачкать» стены в 90-е годы.
В 21 веке стрит-арт перешёл на коммерческие рельсы. Уличное художество взяли на вооружение рекламные компании, видя растущий успех уличных творцов. Пример тому – работы уличного художника Kidult, разрисовывающего краской витрины бутиков Chanel, Céline, Maison Margiela, Supreme и других известных мировых брендов.
Так что «перламутровые сизари» ныне в большой цене. Они будто и впереди планеты всей, что могут… ну, могут же, затмить своими деяниями и остальные виды изобразительного искусства. Уж больно их шаги громкие…
Фото из открытых источников
Автор:Алексей Чугунов
Читайте нас в