О «Большой Медведице» Рината Юнусова

Поэтическая книга Рината Юнусова — редкий пример лирики, в которой космическое и бытовое существуют не параллельно, а в одной и той же точке зрения. Его мир устроен так: человек стоит у подъездного фонаря, слушает скрип проводов — и в этот же момент оказывается внутри Вселенной.

Уже первые строки задают масштаб:

«Пережив все кошмары и круг размыкая,

…Пробивается первая в мире травинка.

И явилась надежда.»

Это не просто пейзажная поэзия и не философская декларация. Юнусов пишет о мироздании языком повседневности — как будто космос находится не над нами, а внутри человеческого опыта.

Поэтика: соединение несовместимого.

Главная особенность поэта — умение сводить вместе противоположные регистры:

— метафизику и иронию,

— возвышенное и разговорное,

— трагедию и бытовую деталь.

Например, рядом существуют «космогония» и автобусный контролёр:

«Контролеры — тоже люди,

Если пристальней взглянуть.»

Или философия времени и наивная простота:

«Мир это, знаете ли, хорошо.»

Юнусов не снижает высокое — он расширяет реальность, где всё одинаково важно. Камень, бульдозер, облако, поезд, звезда — равноправные участники бытия.

Человек у Юнусова — Лирический герой — не пророк и не страдалец. Это наблюдатель-участник: слегка ироничный, уязвимый, думающий. Он часто ощущает себя «недоделанным»:

«С постели встает человек-недоделка…»

Но именно в этой неполноте — его человечность. Он не покоряет мир, а пытается понять его ритм: слушает реку, смотрит на чаек, разговаривает со временем.

В книге важна тема не героизма, а присутствия. Быть — важнее, чем объяснить.

Космос как родина.

Название «Большая Медведица» символично: космос здесь — не холодная бесконечность, а дом. Поэт буквально формулирует это:

«В космос хочу, как домой,

Как и все нормальные люди.»

Звезды у него не абстракция, а ностальгия. Человек земной — но чувствует себя пришельцем, который временно оказался в городе, среди автобусов, реклам и серых домов.

Время и старение.

Отдельная линия — ощущение износа мира. Символ — бульдозер:

«Подобно бездомной собаке,

Поджав свои старые траки…»

Техника стареет как живое существо. Город — организм. Время — персонаж. Но трагизм у Юнусова никогда не окончательный: в финале почти всегда остаётся тихая надежда.

Язык.

Язык поэта — особенный:

— простые слова,

— разговорные обороты,

— неожиданная метафора в финале.

Он избегает пафоса, но создаёт масштаб. Часто стихотворение выглядит как шутка — и внезапно оборачивается философией. Это поэзия «последней строки», где смысл вспыхивает в конце.

Итог.

«Большая Медведица» — книга о человеческом присутствии во Вселенной. Не о покорении, не о страдании, не о спасении — а о внимании.

Юнусов — поэт тихого космизма: он не возносит человека, а возвращает ему его место — между рекой, лампой, снегом и звездами. И потому после чтения остаётся ощущение не трагедии, а ясности: мир огромен, но понятен, если просто стоять и смотреть.