О человеке А.П. Филиппове

Я не литератор. А потому мои воспоминания касаются лишь Александра Павловича – Человека. С большой буквы, как мне представляется.

Впервые мы с ним встретились в редакции газеты «Истоки». Я пришёл сюда по поводу не там поставленной запятой в моей статье, только что опубликованной, посвящённой юбилею В.И. Даля. Александр Павлович заглянул в корреспондентскую ненадолго, перед отъездом, тем не менее незнакомому человеку, то есть мне, уделил внимание. Хотелось подольше пообщаться с живой легендой. Вопросов к нему было много, но у меня хватило такта их не задать. С тех пор наши контакты были регулярными.

Мне нравилось, с каким вниманием он, народный поэт республики, общался со мной, к художественной литературе не имеющим никакого отношения. Оказалось, что мы чуть ли не земляки: он – из Кугарчинского, а я – из Мелеузовского района. Позже в «Истоках» появилось стихотворение А. Филиппова «Мелеузка», тему которого навеяла, возможно, наша беседа. Такая вот тщеславная мысль у меня появилась…

Александр Павлович глубоко переживал потерю своего друга и соратника по творчеству Мустая Карима. После смерти последнего его фото в рамке под стеклом всегда стояло на письменном столе Филиппова. Как-то я спросил:

– Кто же теперь в литературе заменит Мустая Карима?

– Никто, – ответил он. – Каждый поэт уникален, каждый занимает свою нишу.

…Однажды корреспондент «Истоков» Александр Новакович в одиночестве ходил по коридору и безуспешно пытался зарифмовать тему служения Добру и Злу, Богу и Дьяволу. Из своего кабинета вышел покурить шеф и спросил: «О чём задумался, детина»? – Саша посетовал на свою безуспешность. После двух-трёх затяжек (а дымил он как паровоз!) Александр Павлович выдал:

Кто служит Дьяволу, кто Богу,

А журналист – обоим понемногу.

Хохотнул, хлопнул бедолагу по спине, свеликодушничал: «Дарю!» и удалился. Об этом поведал мне сам Новакович.

Помню, я подарил Александру Павловичу свой сборник рассказов-воспоминаний «Грачи», посвящённый приближающемуся вековому юбилею возникновения хутора Грачи, своей малой Родины. Поблагодарив, он заметил, что малой родины не бывает. Она одна-единственная.

– А вот у меня нет капитального труда, хотя материала – завались. – И, глядя в сторону, добавил: – А пора бы.

Впрочем, вскоре книжное издательство «Китап» опубликовало первый том избранных произведений Александра Филиппова, и мне захотелось взять у него автограф. Забыв, что соловья баснями не кормят, я сочинил стишок «Поход за автографом» и показал его сначала своему другу Саше Новаковичу.

– Пойдёт на бытовом уровне, – одобрил тот. С такой добротной нагрузкой я ринулся в кабинет Александра Павловича за автографом. Вот он: «Уважаемому Анатолию Петровичу Юхину на добрую память, с пожеланием всего светлого и хорошего в жизни. Продолжайте сотрудничать с газетой «Истоки». Дай Вам Бог здоровья! От автора. 26 апреля 2007 г.»

Несколько позднее книжное издательство «Китап» – теперь уже имени Зайнаб Биишевой – опубликовало второй и третий тома «Избранного» Александра Филиппова. Осуществилась мечта автора!

Я, повторюсь, не литератор, а потому не берусь судить о достоинствах творчества народного поэта. Просто мне нравятся его стихи, тематика, злободневность их, его отношение к жизни, всегда присутствующие при этом юмор, негодование, порой доходящее до сарказма, настежь открытая душа в любовной лирике (и как только после таких признаний он не боялся скандала с женой?!). Добавьте сюда прозу, написанный им сценарий к киножурналу «Башкирский мёд»… Да мало ли чего. Но вернёмся к теме А. Филиппов – человек. Вот пример, для многих достойный подражания.

Как-то мы посетовали друг другу на засилье чиновников. Оказывается, даже народные поэты по неписанным законам бюрократов не достойны более чуткого внимания, когда дело касается их засилья.

…Подошли годы. Александр Павлович решил подарить дачу своей дочери. И в полной мере хлебнул горюшка. До чего крепка и непредсказуема бюрократическая стена! Настоящая цитадель. «Пути Господни» свели с чиновником, от которого зависела судьба его скитаний. Горемыка на общественных началах был членом какой-то комиссии на соискание какой-то премии. На этот раз от его мнения зависело решение комиссии – дать или не дать премию архитектору мемориала захоронения детей, погибших при авиакатастрофе над Боденским озером. Подвернулся случай, упускать который глупо: одобрить и даже стукнуть в авторитетную грудь, а потом всё это на блюдечке поднести вельможе! Так подумал бы любой здравомыслящий обыватель. Но Александр Павлович не из их стана. Он сказал так, как считал справедливо: детям – поклон, соискателю – отлуп, так как проект слабый, идея взята с мемориала на месте взрыва атомной бомбы в Хиросиме, воплощение же далеко не лучшее. При этом он был уверен, что установка сохранения тайны «кухни» комиссии не сработает. Потому что «когда говорят одному и шёпотом, то слышат все и с грохотом». Для Александра Павловича истина всегда превыше всего.

Весной – ранним летом, а точнее на праздник Троицы 2010 года, я с братьями Александром, Иваном и Геннадием готовились к ознаменованию векового юбилея родного хутора Грачи, намечался «слёт» жителей. Поделился этими заботами с Александром Павловичем. – «Молодцы, – похвалил он. – Напиши в газету статью. Напечатаем». – Я так и поступил, правда, с запозданием. К тому времени из-за рьяной работы «портных» от редакции повздорил с заместителем главного редактора. Они исказили смысл в моей публикации «Расстрел» почти до «наоборот». И статья – отчёт о «слёте» легла под сукно. Но не ломиться же с таким пустяком к Главному! – «Что у тебя с Грачами? Получилось что-нибудь? Я уж и забыл совсем». – Это Александр Павлович удивил меня своей памятью. И статья «Не отрываясь от корней» была напечатана 23 февраля 2011 года.

В скорбную годовщину кончины Александра Павловича Филиппова мне хочется обратиться ко всем, кому дорога о нём память, к поклонникам его творчества написать свои воспоминания, свой анализ его произведений, чтобы потом, в ближайшем будущем, хотя бы небольшим тиражом издать сборник. Думается, книги с антологией не залежатся на стеллажах.