Догоняя драгоценность...

Я всегда считала себя «человеком русской культуры»: в нашем детстве в обычных школах не преподавали ни татарского, ни башкирского. Дома разговаривали по-русски. И только летом, на каникулах в Баймаке, у ненейки с кортотаем меня ждал интенсив по родному языку, сразу по двум — дед говорил по-башкирски, а ненейка была родом из села Юлук Баймакского района, где жили потомки казанских татар, бежавших от крещения. Она разговаривала только на татарском.

Очень долго я воспринимала многоцветье песен, которые слышала там, то как тяжкую повинность, то как что-то само собой разумеющееся. Душистые, полные воздуха сенокосы на Ирандыке, казалось, будут вечны. Но, как водится, когда-то это закончилось. И только тогда стало понятно, какие драгоценности я слышала, видела и осязала. Песни и танцы, домотканые коврики, лоскутные одеяла, элементы национального костюма теперь только в музеях и этнотурах. Я кинулась запоздало догонять: изучаю свои родные языки, интересуюсь краеведением.

Конечно же, сердце моё дрогнуло, когда я узнала о презентации книги «Синий камень Ирандыка. Башкирские народные песни». Переводчика песен, Айдара Хусаинова, знаю давно. Отношусь к нему тепло, как к человеку, с которым окончили одну школу. Отчасти так оно и есть: ходили в одно и то же литобъединение при газете «Ленинец» под руководством Рамиля Хакимова. Помню, что стихи Айдара Хусаинова были оригинальные, как и остроты, которые он отпускал на обсуждениях. Стоит заметить, что остроты были доброжелательные. Ещё помню, как махали белыми платочками, провожали Айдара, нашего товарища, в Литературный институт имени А. М. Горького.

Именно оттуда он и вернулся переводчиком. Собирая своё литературное объединение, к чести сказать, никого не забыл. Внимателен ко всем, хотя с творческими людьми это трудно.

Презентация получилась душевной, а книжка хорошей. В переводе каждой песни на русский язык Айдар Хусаинов стремился сохранить мелодику и ритм оригинала. Я не очень опытный рецензент и не знаю, прилично ли говорить, что я облилась слезами над книгой. Ну вот, уже написала. Горьким, как полынь, и очень сложным, трагичным и местами кровавым предстал в песнях путь башкир. А они не растеряли ни природной доброты, ни мужества, ни способности сопереживать несчастьям своих соседей по миру и помогать.

Знаю, однако, что рецензент просто обязан добавить ложку дёгтя в бочку мёда. Песня «Альмалек» в этой книжке оказалась короткой и неполной. Совсем не такой, какую я слышала в детстве от своей ненейки. А она пела много и хорошо, и песня по тону выходила совсем другая.

Книга, конечно же, важная, нужная и бесценна для тех, кто интересуется историей и культурным наследием Башкортостана.

В заключении могу сказать: «Не стреляйте в пианиста. Он играет, как умеет». Это я про себя.