Меркнущий глянец

На самом деле, поход в кинотеатр – это кусочек реальной жизни, вот это же надо пешком, ногами дойти, сесть в кресло, там выключат свет, это вот специальное место посетить, это антураж сам хождения в кино – вещь очень привлекательная! И как бы мы, те, кто в свое время этого хлебнули с достатком, кто-то с избытком, мы можем и не видеть в этом ничего такого. Ну что, подумаешь, дома посмотрю, скачаю, вот рано или поздно выйдет, то есть всегда будет доступно.

А я могу сказать, что большой экран не будет доступен всегда, сезон проката закончится и кто не успел на кусочек своей жизни, тот опоздал. Всегда важен не только фильм, а события твоей жизни, что ты куда-то идешь. А иначе мы скоро превратимся в продолжение своих смартфонов.

Такое же, наверное, скоро отношение будет к бумажным изданиям. Что подержать книгу или журнал в руках станет событием твоей личной жизни, ощущением, полученным телом, а не только инфой строк прямо в мозг.

Какая-то добрая, мягкая ирония есть внутри фильма «Дьявол носит Prada 2».

Рассчитан он на взрослых людей, которые видели 20 лет назад первый фильм, и фильм, наконец-то, не заигрывает с молодежным жаргоном, не заигрывает с молодежью, он все-таки нацелен на тех, кто когда-то посмотрел первый фильм, и спустя столько лет пришел посмотреть второй, то есть на взрослых людей. Это продолжение фильма «Дьявол носит Prada». Вся великолепная четверка возвращается в строй: Мэрил Стрип вновь сыграет Миранду Пристли, Энн Хэтэуэй – Энди Сакс, в роли главной противницы углеводов Эмили мы опять увидим Эмили Блант, а Стэнли Туччи перевоплотится в Найджела. То есть герои и артисты повзрослели.

Да, в фильме нет вот этого молодежного жаргона, так скажем, кринжа, которым грешат многие сегодняшние фильмы, потому что, предположительно по мнению продюсеров, в кинотеатры ходят сейчас только молодые люди.

Причем, отмечу, что фильм «Дьявол носит Prada 2» идет по новому, толерантному голливудскому стандарту.

Так что там появились артисты, призванные осуществить этот новый стандарт: чернокожая героиня второго плана – первый секретарь, у которой подчиненный белый вторым секретарем, он тоже собой демонстрирует толерантный бодипозитив. Да, это чрезвычайно полный человек. Вот! Артист Калеб Хирон молодец. Великолепно сыграл.

Еще появилась там мультикультурность через азиатские лица. Миллиардерша (Люси Лиу), у которой берут интервью. И еще миниатюрная юная актриса Хелен Джей Шэнь, которая в фильме становится помощницей Энди.

Фриковатый мультимиллиардер, списанный то ли с Билла Гейтса, то ли с Илона Маска – раньше в голливудских фильмах фриками были ученые, а не богатые.

Этот фильм, он словно показывает разницу времени между собой (2026) и первым фильмом «Дьявол носит Prada» (2006) – то, что произошло за это время, то, как общество стремится к атомарности.

Если у персонажа Мерил Стрип в первом фильме есть и дети, и муж. То есть делание карьеры в юности оставляло ей зазор, в котором была какая-то личная жизнь, либо она у нее случилась до начала карьеры. Браки в давнее время их юности были делом молодых, люди становились более зрелыми и готовыми быть рядом друг с другом в возрасте сразу после колледжа. Потом эта граница сдвинулась.

То во втором фильме у двух молодых (сорокалетних примерно) героинь нет супругов или постоянных спутников жизни. У одной (Эмили Блант) есть дети, но… у другой (Энн Хэтэуэй) только замороженные яйцеклетки! И карьера, и репутация хорошего журналиста… И то, как они обе общаются со своими поклонниками, ярко показывает почему они раз за разом оказываются одиноки – они хотят, чтобы видели и слышали их, удовлетворяли их потребности, но не слышат и не видят потребности людей, которые ими восхищены. Они видят их возможности сделать что-то для них. А что сами они могут отдать другому? Даже о желании вникнуть речь не идет. Хотя есть и перевертыш – Энди Сакс вспоминает, что предыдущие парни никогда не читали ее статей, то есть это у мужчин она научилась так себя вести. Мир синглов как они есть. Как вы думаете, почему плохие привычки копируются легко, а хорошие трудно, с огромным усилием?

Ну, по крайней мере в работе Энди Сакс удалось избежать плохих привычек Миранды и почерпнуть отличные навыки стиля у Найджела.

Кроме того, здесь удивительным образом показана драма совсем взрослых людей – главный редактор (Мерил Стрип) или её неизменный помощник Найджел. У которых ничего нет кроме работы, и если вдруг они окажутся за бортом данной работы, на которую жизнь положили, то им и дышать будет нечем и любить будет нечем. Причем именно муж напоминает Миранде, что у нее есть он, сама она этого не помнит и не учитывает. Но вот незаменимый Найджел помнит людей и любит их, и заботится как может, в том числе и об Энди, спустя годы он продолжает следить за ее ростом и… – смотрите фильм.

В фильме показан процесс умирания традиционной медиа-индустрии, глянцевых журналов, газет. Она вся перекочевывает в цифру, в цифровые показатели, и исчезает. Вот то, что главная героиня назвала визионерством исчезает, остаются одни продажники. Лайки, репосты или просмотры – это продажи. Это продажи тренда. Это, ну, как бы, если у тебя просматривает больше народу страницы, ты можешь продать больше рекламы. Ты, наверное, бесконечно больше можешь рекламу продать, ведь все-таки в бумажном журнале площади рекламы были, ну, хоть неким образом, но ограничены.

И вот, вернусь к мысли, а к чему всё идет?

Исчезновение элитарности. Вот легкий юмор про пиджак от какого-то крутого модельера, но куплен в секонд-хенде за 11 баксов, то есть, что-то когда-то было невероятно крутым, супер, пик сезона, а потом ты можешь через пару лет купить это в секонде, за пару баксов.

А ведь с настоящим искусством этого не может произойти.

Или может неожиданно обесцениться что? С настоящей драгоценностью это может произойти? Или нет? С настоящей драгоценностью наоборот происходит – она дороже становится, картина становится дороже, украшения становятся дороже, все, что обретает историю, становится дороже. Вот! Но не будем обесценивать хороший вкус, который позволяет отрыть Вещь в куче хлама…

А брендовая, имиджевая одежда, она только обесценивается, и там есть такая забавная подводка, девушка Эмили, та Эмили, которая продажница, она говорит: «Раньше носили сумки за сто баксов, и средний класс из пригородов был счастлив, это было круто. А сейчас они убиваются за сумочки по три тысячи баксов».

Вот этот надувной пузырь значимости брендов, и всего такого искусственно раздутого маркетингом и внушением.

Точнее – исчезло настоящее, всё фантик, оберточка. А зерна нет. Питательного зерна нет. И нет градаций весомости, продают не тонну зерна и не буханку хлеба, продают раскрашенную коробочку, в которой может быть твой хлеб на будущий день, месяц, год, а может быть твой невроз и истерия, подогретое эго. И тебе нечем будет питаться, если ты выпадешь из гонки, у тебя не будет морального и эстетического, да и этического капитала. Чем так привлекателен образ Миранды или её прототипа – это человек, который создал новую эстетическую среду, не накрутил миллион подписчиков, а реально, кропотливо создал посредством журнала и его команды место, которое очертило культ эстетики в одежде, культ в эстетике визуального. И способствовало расцвету и появлению новых художников. И там был серьезный порог по уровню. Это вам не «Сигма бой» исполнить. Настоящее или нет – понятие субъективное, у каждого своя эстетика. И не в эстетике дело, дело в смыслах, которое несет искусство. Иначе это просто поделки и сувениры.

Ходите в кинотеатры, живите настоящим, а хороший фильм вам попадется или нет – это понятие субъективное. Хотя если фильм наводит на размышления, уже в нем что-то есть.