О Ное, ковчеге и не только

Возможно, все дело в том, что Голливуд дает поистине огромный простор для воображения. Зритель, отправившийся на премьеру очередного разрекламированного фильма, идет в кинотеатр с целью отвлечься от серой повседневности и получить сильные эмоции. Американские киностудии, активно привлекающие к работе знаменитых актеров и лучших сценаристов, зачастую рисуют зрителю другие, более привлекательные, миры. Закрученные сюжеты, порождающие массу самых разных ощущений, вызывают со стороны зрителя определенную реакцию: довольно часто герои фильмов западают в душу, становятся цитируемыми, музыкальные треки, сопровождающие самые сильные эпизоды, моментально добавляются в плей-листы, а улыбчивые голливудские актеры зачастую становятся предметом восхищения.

Еще одна несомненная и приятная черта голливудского кино – возможность для зрителя расслабиться и получить новые впечатления, а также оценить взгляд эпатажных режиссеров на, скажем, уже известные истории. Так, например, совершенным открытием для кинолюбителей становится каждая экранизация произведений классической литературы или какого-либо эпохального сюжета. Совершенно ясно, что не все читают книги или не все любят историю, но на фильм голливудской киностудии с удовольствием сходят многие.

Например, в 2014 году в кинопрокат вышел фильм «Ной» Даррена Аронофски.

Фильм вызвал живейший интерес и стал предметом жарких обсуждений. При просмотре у меня возникли смешанные чувства: ожидала увидеть вполне обычную историю о всемирном потопе и совершенно не угадала.

Хотя основой для картины и послужил библейский сюжет, видение Аронофски резко разошлось со Священным Писанием (что, кстати, послужило поводом запретить фильм в некоторых странах).

Ной (Рассел Кроу) однажды видит сон, посланный ему свыше. Во сне люди гибнут, погребенные в пучине вод. Просыпаясь, Ной осознает, какое наказание выбрал Бог для людей, предавших веру и живущих только для того, чтобы утолить свой голод. Ной пытается принять решение: как поступить? Ответ приходит к главному герою в следующем видении, и он приступает к строительству ковчега. Здесь-то и закручивается сюжет фильма.

Начало, казалось бы, вполне невинное, но далее зрителю предстоит не один раз удивиться. В первую очередь, необычным «бонусам» в картине в виде чудаковатого дедушки Мафусаила (Энтони Хопкинс), грезящего одной лишь мыслью – спуститься с горы и отведать лесных ягод, а также Стражей – шестируких закаменевших гигантов, в жилах которых течет расплавленная магма (так режиссер представил падших ангелов).

Существенный минус картины – затяжной характер действия. Создается впечатление, что история слишком «размазана» на два с четвертью часа. В особенности тяжело воспринимаются эпизоды, где Ной предстает одержимым и зашедшим в тупик фанатиком, решившим исполнить волю Создателя и окончательно оборвать человеческий род, за что впадает в немилость у всей семьи, да и у зрителей тоже.

Постепенно нарастает ощущение того, что главный герой – утомленный своим долгом, утративший доверие и авторитет у своих же сыновей, отец. Он сетует, разговаривая со своей женой, на то, что пытался привить детям праведность, а результатом его стараний стало то, что «Сим ослеплен желанием, Хам завистлив, а Иафет сделает все, лишь бы угодить другим». Кстати, в первоисточнике говорится, что Ной проклял Хама за неуважение; в экранизации Хам покидает семью, поняв, что он среди них чужой.

Сложно судить о том, правильно ли было снимать такой фильм с морально-этической точки зрения, но положительно то, что как кинокартина «Ной» подана безукоризненно: красочная графика, напряженные моменты, вольный полет фантазии и голливудские звезды в главных ролях – то есть все то, что и способствует вниманию со стороны заядлых киноманов.

Какие бы эмоции не оставались после просмотра, но верно то, что «Ной» не остался незамеченным.